Книга Советы юным леди по безупречной репутации, страница 18 – Софи Ирвин

Он смотрел на Элизу. Его губы изогнулись в улыбке, брови приподнялись в игривом вопросе. Элиза устремила на собеседника недоуменный взгляд. Он с ней флиртует? Не может быть. Казалось, он словно предполагал, что Элиза способна извлечь из воздуха столь же остроумную, или кокетливую, или хотя бы занимательную ремарку, но увы…

— Я не прекрасная дама, и волосы у меня не светлые, – не сразу нашлась она с ответом.

— Как скажете, – согласился Мелвилл. – Впрочем, простите, что я не смог разглядеть под таким… э-э-э… величественным головным убором.

Он указал на капор. Элиза вспыхнула, как никогда остро ощутив, насколько она невзрачна.

По крыше кареты постучали, и пассажиры подняли глаза.

— Очевидно, мы въехали в этот Радастаун, – заметил Мелвилл.

— Примите от нас благодарность за помощь, – сказала Элиза, давая понять, что знакомство на этом заканчивается.

— Вам так просто от меня не избавиться, миледи, – легкомысленно заверил граф. – Я сопровожу вас внутрь, чтобы убедиться, что вы благополучно устроены на то время, пока ваш слуга ищет мастера.

Карета остановилась, и Мелвилл сделал движение, собираясь выпрыгнуть.

— Нет-нет, – торопливо возразила Элиза.

Какую бы благодарность за спасение она ни испытывала, было бы весьма неумно показаться на глазах у всего Радстока в обществе неженатого мужчины, особенно со столь легендарной репутацией.

— Нам не следует вас долее задерживать. Мы вполне в состоянии сами все устроить, – заявила она.

Мелвилл послал ей задумчивый взгляд.

— Очень хорошо, – сказал он, откидываясь на спинку сиденья. – Если так для вас предпочтительнее.

Маргарет открыла дверцу, и слуга бросился на помощь.

— Я надеюсь… – добавила Элиза, пока Маргарет и Пардл выбирались из кареты, – надеюсь, мы можем рассчитывать, что вы проявите… сдержанность и сохраните в тайне сегодняшние события.

Мелвилл снова вскинул брови.

— По-вашему, я похож на болтуна? – мягко спросил он, и внезапно Элиза отчетливо поняла, что оскорбила его.

— Н-нет, просто… – произнесла она, заикаясь.

— Уверяю вас, миледи, если на этой неделе в некоей газетенке появятся сплетни обо мне, то совсем не по поводу столь скучного происшествия, как сегодняшнее.

В его голосе прозвучали резкие нотки. Элиза вспыхнула и торопливо оперлась на руку слуги. Мелвилл захлопнул за ней дверцу.

— Хорошего дня, – бросил он через окно. – И благополучного путешествия.

Кучер подстегнул лошадей прежде, чем Элиза успела ответить.

— О боже, – ошеломленно выдохнула она.

— Напишу сестре, как только приедем в Бат, – сияя от радости, заявила Маргарет. – А ты должна написать леди Селуин – вот уж кто мнит себя покровительницей искусств. Да она позеленеет от зависти.

— Я совершенно точно не стану писать леди Селуин! – воскликнула Элиза, придя в себя и направляясь к гостинице. – Никому нельзя об этом рассказывать, ни одной живой душе. Вспомни, Маргарет, под каким кошмарным условием я получила наследство. Моя репутация – не та валюта, которую нам позволительно растрачивать.

— И какой смысл попадать в увлекательные истории, если нельзя потом похвастаться? – проворчала кузина.

Тепло очага, восхитительная трапеза и сообщение о том, что коляску починят за пару часов, значительно умерили беспокойство Элизы. В Бат путешественницы прибыли лишь на несколько часов позже, чем намеревались. Поскольку к этому моменту уже опустились сумерки, разглядеть город было сложно, но, выйдя на террасу дома на Кэмден-плейс, своего нового обиталища, Элиза испытала чувство глубокого облегчения. Перкинс выбрал жилье, настолько точно соответствующее вкусам графини, что она почти поверила: этот дом построен и меблирован именно для нее. Четырехэтажное здание, вмещавшее столовую, гостиную, салон, три спальни, хозяйственные помещения и комнаты для слуг, было уютным, элегантным, просторным, светлым и отличалось от величаво-сурового Харфилда, насколько это вообще возможно.