Книга Советы юным леди по безупречной репутации, страница 136 – Софи Ирвин

— Разве не может быть и то и другое? – спросил Мелвилл и приподнял руки, словно желая коснуться Элизы… но потом опустил.

— Все, что произошло с этого момента, было обманом, – изумленно произнесла она.

— Нет-нет, клянусь, возможно, сначала мною двигали смешанные побуждения, но все, что я вам говорил, все, о чем мы беседовали… я поступал так, потому что сам того хотел. Я был искренен все это время.

— Я тоже поверил не сразу, миледи, – вмешался Сомерсет, посылая Мелвиллу презрительный взгляд. – Но потом сестра показала мне их переписку. Мне и в голову не могло прийти, что он способен так низко пасть.

Значит, Сомерсет видел доказательства. Есть доказательства, а не только утверждения его сестры.

Мелвилл не отрывал глаз от Элизы.

— Я был искренен все это время, – повторил он шепотом.

— Мне следовало понять, что нельзя ожидать большего от человека, который ни дня своей жизни не посвятил честному труду, – продолжил Сомерсет.

— Боже правый, старина, вы служили в военном флоте – мы знаем! – воскликнул Мелвилл, бросая на Сомерсета гневный взгляд. – Если хотите, чтобы вас похлопали по плечу, так и скажите. Нет нужды постоянно напоминать всем и каждому!

Сомерсет шагнул вперед, сжимая кулаки. Мелвилл не шелохнулся.

— Собираетесь меня ударить? – спросил он. – И чего вы надеетесь этим достичь?

— Я надеюсь, что после этого мне станет полегче, – процедил Сомерсет сквозь стиснутые зубы.

Теперь они стояли лицом к лицу, грудью к груди. Элиза наблюдала за ними словно с огромного расстояния. У нее опять возникло чувство, что это происходит не с ней.

— Все это время… – услышала она собственный голос, – все это время вы работали на Селуинов?

Мелвилл моргнул и прервал дуэль глазами с Сомерсетом.

— Нет! – воскликнул он, попытался шагнуть к Элизе, однако Сомерсет, вскинув руку, преградил ему путь.

Мелвилл оттолкнул ладонь противника, но остался стоять на месте.

— Нет! Я расторг соглашение, как только вы рассказали мне про оговорку в завещании.

Он перевел взгляд на Сомерсета.

— Леди Селуин же сообщила вам? – спросил он. – О том, что я расторг соглашение?

— Она ничего такого не говорила, – ответил Сомерсет.

— Лгунья, – сказал Мелвилл, покачав головой. – И вы лжете вместе с ней.

— Кто еще знает? – спросила Элиза. – Каролина?

Она представила, как брат и сестра втихомолку хихикают над ней.

— Нет, – ответил Мелвилл. – Каролина не знает.

— Именно поэтому вы так рьяно добивались, чтобы я написала ваш портрет?

— Когда я в первый раз попросил вас об этом, ни о какой интриге еще и речи не шло.

— Но после…

Мелвилл замешкался с ответом, и его молчание перечеркнуло черной отвратительной полосой все безмятежные воспоминания о нем, все знаки внимания и уважения с его стороны. Под этим новым, чудовищным углом зрения на все сеансы, проведенные за написанием портрета, легло несмываемое грязное пятно. В это мгновение Элиза почувствовала себя мелкой и ничтожной, как никогда прежде. Она снова наделала ошибок.

«Глупая девчонка, – прошептал в голове голос старого графа. – Глупая девчонка!»

— Каждый раз, когда вы предлагали мне свое общество, – промолвила Элиза с нарастающим ужасом, – каждый раз, когда говорили комплименты, льстили, подзадоривали на безрассудные поступки…

— Это звучит гораздо хуже, чем было на самом деле, – взмолился Мелвилл. – Мои побуждения не были настолько предосудительны. Мне хотелось узнать вас поближе, быть с вами рядом, это чистая правда.