Книга Его счастье, страница 54 – Энжи Вэс

Ее холодная ладонь впитывала тепло его руки. Они шли вверх по лестнице на третий этаж. Поднимаясь, Оливия только и успевала разглядывать отличительно великолепные изображения на обоях. Войдя в его комнату, Оливия стала оглядываться. Она была отделана в бордовых тонах и из темного дуба с множеством разных картин.

— Ты с ума сошла, малышка? — напал Саймон, плотно закрыв за собой дверь. — Тебя могли увидеть. Ты настолько по мне соскучилась?

Оливия резко повернулась к нему.

— Саймон, мне сейчас не до шуток. Я не нахожу себе места, потому что каждую секунду боюсь, что все вскроется и Лонгстри расскажет все, что видел! Я пришла узнать, что ты задумал.

— Для начала успокойся и тебе нужно… — Саймон опустил глаза вниз, — согреться.

Оливия, отследив его взгляд, посмотрела на свою одежду. Верхняя часть была сыровата, из-за чего ее соски затвердели. Она покраснела и постаралась прикрыться руками, не поднимая на него глаз. Саймон смотрел на нее и игриво улыбался. Он указал ей рукой на кресло у горящего камина, предлагая таким образом присесть. В этот момент в дверь постучали. «Войдите» — сказал Саймон. В комнату горничные внесли воздушное одеяло и поднос с чаем, и печеньем. Поднос остался стоять на столике рядом с камином. Саймон взял одеяло и приказал им идти. Подозрительные взгляды прислуги заставили Оливию съежиться.

— Иди сюда, — произнес он ласково, расправляя теплый кусок ткани.

Оливия подошла ближе, все еще пытаясь прикрыть свою грудь. Саймон аккуратно завел одеяло ей за спину и накрыл. Она почувствовала, как тепло стало накапливаться, что на секунду закрыла глаза. Но когда она открыла их, то увидела перед собой загадочное лицо Саймона. Они стояли близко друг к другу настолько, что можно было почувствовать их обоюдное дыхание.

Ее веснушки были немного бледнее сегодня, но от этого она не переставала быть милее. Глаза цвета свежей травы блестели от света огня в камине.

Саймон стал приближаться, словно… он хочет поцеловать ее! Ее губы воспылали, напомнив вкус их первого поцелуя. Но Оливия, придерживая одеяло, упрямо отвернулась и направилась к креслу.

— Расскажи мне все, что у тебя есть, чтобы остановить Лонгстри, или, по крайней мере, что ты планируешь делать, — настойчиво продолжала Оливия.

Она не собиралась отступать. Она пришла сюда за ответами, значит, она их получит. И то, что Саймон не хотел ей говорить, напрягало ее и заставляло любопытство разгораться еще больше.

Он, постояв немного, подошел к столику с подносом и подал чашку с чаем своей настойчивой гостье.

— Я бы не хотел, чтобы ты имела к этому какое-либо отношение.

Оливия приняла горячий чай с лимоном.

Саймон присел в другое кресло напротив камина. В этой расстегнутой у ворота белой рубашке он напоминал дерзкого пирата. Дерзкого и чертовски привлекательного пирата. С его характером он бы запросто вжился в эту роль.

— Но я уже имею! Саймон, я так или иначе уже причастна, ведь я была там. Так что не нужно скрывать от меня свои планы. Я буквально сбежала из дома, узнала, где ты живешь, в холодный безжалостный ливень добралась до тебя, промокнув до костей, рискуя быть раскрытой. И после пройденного мной пути ты даешь мне одеяло, угощая горячим чаем, и собираешься отправить меня домой без ответов? Это несправедливо!