Книга Его счастье, страница 15 – Энжи Вэс

Идея! Ей нужно просто сослаться на головную боль и тогда будет возможность ухать пораньше. Да, так она и поступит. Ей не нужен этот бал. В этом не было никакого смысла, потому что как только закончится этот сезон, ее сундуки уже будут упакованы, а сама она окажется на полпути к своей мечте. Остается надеяться, что все произойдет очень быстро.

Оливия вспомнила об одной недостающей мелочи, своей любимой заколке в виде стрекозы. Схватив ее со столика, она внимательно посмотрела на нее. Всегда приносящая радость вещица внезапно отяготела в ее руках. Оливия почувствовала неприятные ощущения. Наверняка это последствия суеверий матери. Тряхнув головой, она прогнала мрачные мысли и завела заколку в прическу. Теперь она была готова.

За этот вечер, который длится всего два часа, Саймон уже успел достаточно наговориться с юными леди и их матерями, что так и липли к нему, словно пчелы на мед. Войдя в зал и, окинув взглядом всех людей, Саймон уже мысленно был готов к тому, что сегодня вечером он — олицетворение денег и титула. Можно обозначить одним единственным словом: герцог. А это значит, что все лицемерные улыбки и доброжелательность будут принадлежать не ему, Саймону Смиту, а герцогу Лендскому. Такова циничная правда аристократического мира.

Что касается зала, то он был отделан по-светски элегантно и богато: стены были в бежевых шелках с позолотой и дополнены большими белыми колоннами, к каждой из которых примыкало высокое зеленое растение. Пол сделан из чистого мрамора молочного цвета, а в центре зала висела огромная хрустальная люстра — таких выполнено примерно пять на весь мир. Всюду носились лакеи с напитками, угождая господам буржуазии.

Стараясь соответствовать требованиям, он любезно вел беседы со всеми людьми, которые буквально поджидали его на каждом шагу. Закончив разговор с одним, и, сделав пару шагов, обязательно появлялся какой-нибудь джентльмен или дама с дебютанткой, требующих его внимания. Окружавшие его многочисленные пышные юбки платьев начали расступаться, значит, была пора вальсировать. Немного ранее Саймон уже успел пригласить одну знакомую даму и закружить на сияющем от свечей и люстры мраморном полу.

Все запасы его собранности и настроя быстро истощились, поэтому после последнего танца он сумел пройти незамеченным по периметру в угол, где стоял камин. Облокотившись на него, джентльмен пытался найти утешение в бокале с шампанским. Поднимающиеся сквозь стекло маленькие золотистые пузырьки действовали на удивление успокаивающе.

— Ваша светлость! — с радостным воплем подошел Хью. — Я тебя всюду искал. Твое лицо мне напоминает обиженную девицу, которую не приглашают на танец.

— Знаешь, я был бы тебе признателен, если бы ты не выкрикивал на весь зал, что нашел меня, — мрачно ответил он.

— А-а-а! Что, прячешься от надоедливых невестушек и их мамаш?

— Угадал. У меня такое ощущение, что, если дать им волю, они бы устроили массовую драку. — На его лбу появились морщины. — И почему люди в первую очередь видят не самого человека, а его титул и кошелек? Они действительно верят, что он состоит из акций, а в жилах у него течет нефть, а не кровь смертных. Будь я одет как конюх, никто бы меня и не удостоил своим дорогим взглядом.

Хью фыркнул.

— Еще бы! От такого запаха глаза защипит.