Книга Тайна портрета герцогини Розы, страница 143 – Кирьян

— Но почему Вы можете появляться в реальности, а Ваша дочь нет? — спросил Теодор, пока Сара наблюдала за тоской матери Розы.

— Понимаете, я чуточку сильнее своей малышки, как ведьма. Я вижу будущее и могу о нём рассказать, могу действовать в настоящем, а Розочка такого не умеет. Она может показывать лишь прошлое, но даже её видения ей подвластны не на сто процентов, вы сами это уже поняли. Я не смогла передать ей достаточно способностей от себя… Если бы я её научила большему… — на последних словах Медея задрожала.

— Что с Вами? — заволновалась Сара, сделав шаг к женщине.

— Если бы я посмотрела в её будущее раньше, то вообще бы не дала ей пойти в тот день в сад Винсонтов, не дала бы ей встретиться с Вениамином… Тогда она бы не попала в этом прогнивший мир аристократии, где порядочных людей по пальцам одной руки можно пересчитать, тогда она бы не погибла, тогда бы и мой муж не умер от рук этих гадких солдат, и мне бы не пришлось уничтожать всё, что напоминало о нас, вырезая напоминания о семье Паркуа из истории… Я стольким людям помогла, но почему же… Почему, когда такое случилось с моей семьёй, я не смогла их спасти? Почему этот чертов дар не дал мне возможность всё исправить? Я их так любила, но могла только смотреть, как они умирают!.. — голос Медеи сорвался, казалось, что вся её боль, которую она скрывала, когда была жива, сейчас вылилась вместе со слезами, падающими с её лица и исчезающими в сантиметре от земли.

Сара с Теодором с сожалением смотрели на женщину. Ей было больно. Она была мертва, но боль никуда не делась. Как же она страдала. Задыхалась от собственного горя и продолжала рыдать.

Брат с сестрой не нашли лучшего утешения, чем обычные объятия. Призрак женщины крепко прижала их к себе. Ребята не знали, что чувствует тот, кто навсегда теряет самое дорогое, поэтому даже не могли представить, что испытывала мать и жена, потерявшая любимых на своих глазах.

Медея долго приходила в себя, она ждала этого момента, когда сможет выплакаться, когда кому-то расскажет о своих чувствах. Ей пришлось ждать пятьдесят семь лет того дня, когда кто-то живой её выслушает и поймёт. Она была благодарна своим гостям за то, что они дали ей шанс выговориться.

— Простите, я вас утомила своими всхлипами… — криво улыбнулась женщина.

— Нет! Спасибо, что поделились с нами своими переживаниями. Терпеть всё одному… Как же это жестоко… — говорила Сара, держа призрака за руку.

Выражение лица Медеи приобрело спокойствие.

— Теперь я наговорилась. Настало время говорить вам, — улыбнулась она.

Сара с Теодором вздохнули. После всего этого не хотелось снова волновать женщину прошлым. Она заметила их смятение.

— Не хотите меня беспокоить разговорами? Не переживайте, я же хочу вам помочь, — настаивала она.

Ребята задумались, о чем они должны спросить в первую очередь. В голове пробежала куча вопросов, хотя достаточно было задать лишь один.

— Вы знаете всё, что произошло тогда и должно произойти сейчас? — задал тот самый вопрос Теодор.

— Знаю. Я знаю всё: что случилось с Розой, почему это произошло, что должно случиться с вами. Я знаю всё, но рассказать обо всём не могу, — покачала головой Медея.

Её ответ сильно удивил Сару с Теодором.

— Не можете рассказать? Но почему? — заволновалась Сара.