Книга Ливень в графстве Регенплатц, страница 294 – Вера Анмут

И всё же не была Гретта похожа на колдунью. Глаза её хоть порой и наполнялись презрением, но не ненавистью, не коварством. В душе заёрзало неверие.

— Колдунья… – задумчиво повторил Густав. – Почему же тогда она не заставила ландграфа не только поменять старшему сыну невесту, но и оставить ему Регенплатц?

— Знала, что ты не уступишь трон без боя.

— Почему не подчинила меня? Не сковала мою волю и не сделала меня своим рабом?

— Ты не веришь мне? – настороженно уточнил Аксел.

— Просто никак не могу соединить Гретту с образом ведьмы. Нужно во всём разобраться. Приведи её ко мне. Но не сейчас. Позже. Когда я буду более-менее похож на здорового человека.

После лекарств Питера Гойербарга, материнской заботы и спокойного сна Густав к полудню настолько окреп, что смог подняться с пастели. Одевшись, он вышел на улицу, погреться под тёплые лучи солнца и подышать свежим воздухом. Сюда он и попросил Аксела привести Гретту для разговора.

— О чём ты хочешь поговорить с ней? – поинтересовалась Патриция, не на шаг не отходившая от сына, чем слегка нервировала его независимость.

— Просто спросить, – неопределённо отмахнулся Густав.

— Снова что-то срываешь от матери своей, – упрекнула Патриция.

— Нечего мне скрывать от вас, матушка. Гретту обнаружили в покоях Берхарда. Хочу спросить, как она попала туда и что там делала?

Ландграфиня молчала, почувствовав слабый укус совести. Она-то поняла, как девушка попала в эту комнату. Патриция вспомнила, что выбежала из покоев пасынка, не помня себя от страха, и не заперла за собой дверь. Да и ключ от покоев до сих пор хранился в кармане её платья. И что делала там Гретта, тоже понятно. Наверняка надеялась увидеть любимого. Патриции не трудно было оправдать невестку, да только нужно ли это делать? Уж слишком много места Гретта занимает в сердце Густава. Да и трудно простить, что все несчастья и трагедии в замке Регентропф начались именно с её появлением. Может, лучше молчать и дальше? Пусть Густав рассердится, пусть разочаруется. Пусть отправит её прочь отсюда, куда угодно, но подальше.

Гретта предстала перед супругом гордая с холодом в светло-карих глазах. Вежливо поприветствовала его, свекровь и приготовилась к разговору.

— У вас усталый вид, Гретта, – насмешливо заметил Густав. – Плохо спали?

— Уверена, вы не для этого позвали меня из темницы.

— Да, не для этого. Простите, что пришлось поместить вас в столь неприятное место, но вы сами вынудили так поступить, сбежав из своей комнаты. И для чего… Чтобы проникнуть в запертые покои, где ложе едва остыло от тела покойника. Вас привлекают склепы и запах смерти? Что делали вы вчера в покоях Берхарда?

— Мне стало любопытно, вот я и зашла. – Гретта оставалась совершенно спокойна.

— Но как вы открыли дверь?

— Она уже была открыта.

— Не может быть. Ключ хранится у меня, никто его не берёт. А я в ту комнату не заходил.

— Кто заходил туда, мне не известно. Но гость этот дверь за собой не запер. Я же просто воспользовалась его оплошностью.

— Хорошо, допустим, – отодвинул Густав вопрос на потом. – Тогда объясните другое. Как вы смогли столь быстро загасить пламя факела? Ведь он не свеча, на него не подуешь. Как дверь смогла сама собой закрыться? Да так, что четверо мужчин не в силах были открыть её?