Книга Ливень в графстве Регенплатц, страница 281 – Вера Анмут

— Я так и не могу понять, чем ты обольщаешь мужчин, – произнесла Патриция. – Какой дьявольской силой ты столь невзрачная зажгла огонь любви в сердцах обоих братьев. Ты внесла ещё больший раздор между ними. Из-за тебя Густав возненавидел Берхарда.

— Разве тому причина я? – невозмутимо отозвалась Гретта. – А по-моему, основной причиной их распрей был трон Регенплатца.

Патриция добавила в свой взгляд презрение. Как осмелела эта девчонка. Уж не почувствовала ли она себя хозяйкой в замке?

— Лучше бы они продолжали воевать за трон, а не за тебя, – спорила ландграфиня. – Берхард отказался от трона только ради тебя. Густав просто принял бы этот подарок и помирился бы с братом, но ему зачем-то понадобилась ещё и ты…

— Однако желание обладать мной вовсе не повод, чтобы брата убивать. – Гретта гордо вздёрнула подбородок и смело посмотрела в ледяные глаза свекрови.

— Ведьма, – тихо прошипела Патриция. – Ты не такая милая и скромная, какой пыталась казаться вначале. Я даже жалела тебя, защищала…

— Если бы я была ведьмой, то в могиле сейчас лежал бы не Берхард, – тем же тоном парировала Гретта.

Женщины уже не скрывали, что ненавидят друг друга. Их негромкий жёсткий спор был готов перерасти в ссору, как вдруг раздался короткий вскрик больного. Внимание собеседниц тут же было направлено в его сторону.

— Прочь! Иди прочь! – выкрикивал Густав кому-то в своём жутком сне, пытаясь отгородиться от ужаса рукой. – Прочь! Ступай в ад!

Патриция и Гретта молча переглянулись. Они обе догадались, кого именно Густав гнал от себя в привидевшемся кошмаре. Патриция смочила полотенце и приложила его к горячему лбу сына.

— Кто сказал тебе, что Густав слёг? – спросила Патриция.

— Лизхен, – ответила Гретта. – Она прибежала ко мне, как только узнала об этом от других слуг.

Тон женщин успокоился, обида и ненависть немного стихли, отошли в сторону.

— На этот раз у вас нет причин обвинять меня в его приступе, – заметила Гретта.

Патриция лишь повела бровью. Таковых причин у неё действительно не было, это она должна была признать. Бьющегося в припадке Густава нашёл Аксел, вовремя зашедший в покои хозяина. У Густава появилась плохая привычка, отсылать караул от своих дверей. Но больше Патриция такого не допустит и станет лично проверять наличие стражника у покоев короля Регенплатца. Солдат непременно услышал бы шум и, возможно, сумел бы помочь господину. И смог бы рассказать, что произошло, из-за чего случился приступ болезни.

— Ты по-прежнему считаешь, что таковой причиной может быть призрак Берхарда? – вновь задала вопрос Патриция.

— Если бы вы видели Густава в ту ночь, то тоже не сомневались бы в этом, – сказала Гретта.

— А ты… Тебе самой призрак являлся?

Девушка опустила глаза. Она не хотела признаваться, что видела Берхарда, желала скрыть встречу с ним, словно то была встреча с любовником. Она более не считала Берхарда мёртвым.

— Нет, мне он не являлся, – сдержанно ответила Гретта.

— Получается, что видит его только Густав. Слуги тоже не видели его, зато слышали.

— Слуги? – изумилась Гретта. – Где слышали?

— В его покоях. Говорят, там слышны шаги и вздохи. Чернь напугана, и теперь в эту комнату вряд ли кто-нибудь согласится войти. И гостей не поселишь. Придётся запереть её, забить окна, дверь, и пусть там всё зарастает паутиной.