Книга Ливень в графстве Регенплатц, страница 253 – Вера Анмут

— Даже не думайте об этом, госпожа! – испуганно воскликнула Лизхен, заметив движение хозяйки.

Гретта выпрямилась и, слабо улыбнувшись, повернулась к подошедшей к ней молодой женщине.

— Что ты, Лизхен, я и не собиралась оканчивать жизнь свою, – тихо проговорила она, успокаивая служанку. – Я просто вдруг подумала, а можно ли сбежать отсюда?

— Сбежать?

Лизхен приблизилась к окну и, перегнувшись через подоконник, тоже взглянула вниз.

— Ой, здесь понадобится верёвочная лестница, – с серьёзным видом констатировала она. – Или хотя бы крепкий канат. И хорошо бы раздобыть мужское платье.

Молодая женщина отвернулась от окна и внимательно осмотрела комнату.

— Можно связать шторы, покрывало… – продолжала она рассуждать, уже готовая начать действовать. – Они крепкие. Можно добавить простыни… Мужское платье не достать… Если только… можно разрезать юбку и обернуть её вокруг ног наподобие штанов и перевязать лентой…

Однако Гретту планы служанки только позабавили.

— Ну что ты такое выдумываешь, Лизхен? – с улыбкой останавливала она фантазии служанки.

— А что? Сбежать вполне возможно, – не сомневалась Лизхен. – Потом аккуратно пробраться в конюшню, взять коня… Только бежать нужно как можно скорее, пока вы не стали женой этого монстра.

— Лизхен, сядь, прошу тебя. И говори потише. Иначе стража и вправду подумает, что я решила совершить побег.

Взяв молодую женщину за руку, Гретта усадила её рядом с собой на скамью.

— Но… как же?.. Вы же сами смотрели… думали… – Лизхен пребывала в недоумении.

— Я не сбегу. Я останусь и выйду замуж за Густава.

Сказав это, Гретта не смогла сдержать вздох печали. Улыбка покинула её губы, грусть заволокла светло-карие глаза.

— Я дала слово. Я обещала. Ради свободы отца.

— А если Густав обманет?

Гретта вскинула на Лизхен тревожный взгляд. На миг её сердце сжал страх, что Густав действительно сможет так поступить. Однако разум быстро отверг это предположение.

— Нет, он так не поступит, – проговорила девушка. – После свадьбы мой отец уже ничего ему не сделает. Он усмирит свой пыл, чтобы мне не навредить. Да и я сама попрошу батюшку не чинить зла Густаву.

— А потом? После свадьбы?

— Не знаю, – выдохнула Гретта, удручённо склонив голову. – Не знаю, Лизхен. Буду жить, постараюсь приспособиться к новым условиям, к супругу моему. Я должна жить, должна выжить. И не столько ради себя и отца, сколько ради ребёнка, что зародился во чреве моём. Ребёнка от моего любимого мужчины, от Берхарда. Я должна сберечь его.

Неожиданно дверь резко отворилась, и в комнату вошёл Густав. Женщины невольно замерли от неожиданности, в их взгляде застыло напряжение.

— Добрый день, фройлен Гретта! – приветствовал Густав, прикрыв за собой дверь. – Сегодня я ещё не имел удовольствия видеть вас.

Гретта ничего не ответила.

— Как вы себя чувствуете? – Густав был вежлив и мил.

— Прекрасно, – процедила Гретта.

— Это хорошо. Я рад.

Юноша улыбался искренне и добро, он имел вид радушного хозяина, зашедшего поздороваться с дорогой гостьей. Но Гретта не могла принять это фальшивое радушие, она больше не верила улыбкам и вежливости этого человека, она даже во внешности его более не находила ничего приятного. Девушка не ответила на улыбку, она продолжала сидеть и выжидательно смотреть на своего поработителя.