Книга Ливень в графстве Регенплатц, страница 114 – Вера Анмут

Но Фридрих твёрдо ответил:

— Нет, вы останетесь здесь. Вам ещё рано лезть в пекло боя.

— Я уже участвовал в двух битвах, – возразил Кларк.

— Ну и что? Ваши отцы доверили мне ваши жизни и благополучие, я в ответе за вас. К тому же они сами просили не отпускать вас.

Упрашивать короля бесполезно, юноши покинули его покои с тяжёлыми чувствами. Они шли по коридору быстро и молча. Вдруг Берхард остановился и твёрдо произнёс:

— Не можем мы отсиживаться здесь, когда земли наши в опасности.

Остальные тоже остановились.

— Конечно, не можем! – тут же поддержал Густав брата. – Это не честно с нашей стороны.

— Вы правы, наше место рядом с отцами в строю защитников, – добавил Кларк.

— Что с того, что нам запрещено покидать двор? – продолжал Берхард. – Разве мы маленькие мальчики? Сядем на коней и поедем.

— Правильно! – воскликнул Густав.

В этот момент он смотрел на старшего брата с нескрываемым уважением. Надо же, этот любитель кисточек всегда казался ему слабаком и трусом, и вдруг такое рвение к ратному делу.

— Немедленно собираем вещи, седлаем коней и в путь!

После полудня через западные ворота крепостной стены четверо юношей, облачённые в латы и вооружённые мечами, в сопровождении трёх слуг покидали двор королевского замка. Четверо, потому что Густав не отказался от своего решения и взял с собой Аксела Тарфа. Берхард и Кларк не были против, парень не вызывал у них никакой антипатии. К тому же Берхарда радовало, что Густав наконец нашёл себе хорошего друга.

Путешествие юношей прошло без каких-либо приключений, майское солнце ярко освещало их путь, а тёплый ветер разгонял облака. Через несколько дней молодые рыцари въехали в родные края. На ближайшем постоялом дворе им рассказали, что граф Кроненберг со своим войском уже вышел навстречу противнику и встал лагерем на окраине леса у Красной равнины, на ней он и собирался встретить барона Штольценгера. Коротко посовещавшись, юноши решили направиться прямо в лагерь графа, а в Регентропф отправить слуг, дабы те сообщили об их прибытии ландграфине.

Генрих был готов к этой войне. Ещё в прошлом году он собрал и подготовил армию, чтобы дать достойный отпор и навсегда отвадить врага от желания посягать на земли Регенплатца. И вот завтра состоится бой, а сейчас рыцари и солдаты ландграфа и графа Кроненберга отдыхали под навесами, натянутыми между деревьями. Лишь караульные обходили дозором границы лагеря, внимательно всматриваясь в даль широкой Красной равнины, предназначенной для предстоящего кровопролития. Своё название эта местность получила от частых битв, что происходили на ней и обагрили землю её кровью солдат и рыцарей. На противоположней стороне Красной равнины мерцали огни костров лагеря противника – Барон Штольценгер подошёл к границам графства Кроненберга почти вплотную.

Вечером, когда уже сгущались сумерки, караульный вошёл в шатёр ландграфа и доложил:

— Ваше сиятельство, только что дозорными в лесу задержаны четверо подозрительных молодых людей. Вооружённых. Двое из них утверждают, будто бы они ваши сыновья Берхард и Густав, и требуют, чтоб их проводили к вам.

Сидящий за невысоким походным столом Генрих, оторвался от чтения документа и удивлённо воззрился на солдата.

— Мои сыновья? – переспросил он. – Не может быть. Мои сыновья сейчас находятся под присмотром самого короля.