Книга И это пройдет…, страница 150 – Вера Чистякова

— Мам, если тебе так плохо, что же ты замуж не вышла? — начиная сердиться, спросила Аня. Мама всегда использовала этот аргумент, чтоб продавить ее.

— Не взял никто, — уклончиво ответила она.

— Ну да, ну да, — с сомнением сказала Аня, вспоминая череду маминых поклонников, прошло то время, когда она молча готова была принять такие ответы.

— Ну вот таких, как твой муж мне точно не попадалось, — качая головой отвечала мать.

— А что в нем замечательного, что ты все время мне об этом говоришь?

— Он надежный, с руками, ногами и головой, — мама снова включила назидательный тон, — он ответственность за тебя несет.

— Мама, мне 20 лет, о чем ты? Какую такую ответственность он за меня несет? — возмутилась Аня, — ты думаешь, что я совсем самостоятельной быть не могу.

— Конечно, работу тебе я нашла, живешь ты за его счет, а не было бы его — сидела бы на моей шее, ты хоть знаешь, как по счетам-то платить? — сердито ответила мать.

— Ну да, куда же я без вас, — окончательно разозлилась Аня, — видимо, когда я с ним разведусь, к тебе могу даже не приходить?

— А ты с ним развестись собралась?! — в ужасе воскликнула мама, — он что пьет и бьет тебя?

— А что, только это может стать причиной для развода? — удивилась Аня, — мне не о чем с ним поговорить, мне не нравится жить на севере, да я вообще его не люблю.

— Любил волк кобылу — оставил хвост да гриву. Он тебя содержит? У вас есть квартира, машина, он о тебе заботится, подарки дарит. Ты, милка, с жиру бесишься, — фыркнула мама.

— Ой все, мам, я тебя поняла, — вставая из-за стола, ответила Аня, она думала о том, что никогда не сможет убедить мать в собственной состоятельности. Почему ей нужно доказывать всем, что она не ребенок?

* * *

— Классно у тебя здесь, — сказала Аня, оглядывая Мирину мастерскую.

Огромное, во всю стену, зеркало висело прямо напротив окна, в центре комнаты рабочий стол, на котором устроилась швейная машинка, длинная гладильная доска по стене, большой стенд, к которому крепились наброски костюмов, шкафы с тканями, манекен. На подоконнике ваза с цветами. Большой букет розовых гербер.

— Миша подарил? — спросила Аня.

— Нет, клиентка принесла, сказала, что мне надо больше смотреть на прекрасное, хотя куда уж больше, я круглыми сутками почти тут. Шью, шью и шью. Посмотри на мои пальцы, — Мира подняла красные, припухшие ладошки.

— Так много заказов? — поразилась Аня.

— Да, женщины любого размера хотят быть красивыми, нарядными и элегантными, при этом не в синтетике и не в картофельном мешке. А это не так-то просто, ты видела, что продают в магазинах на 50+, — ответила подруга.

— Если честно, нет, мне это ни к чему, — сказала Аня, поворачиваясь перед зеркалом.

— Мне кажется, что я не знаю ни одного человека, который бы больше тебя смотрелся в зеркала, — рассмеялась Мира.

— Да ладно тебе, в твое- грех не любоваться, где ты его достала, такая потрясающая рама! — восхитилась Аня, трогая тонкую резьбу.

— У нас в деревне мужичок один делает, дом купил на самой окраине, прямо перед лесом. Он коз держит, это у него хобби такое.

— Очень красиво, — еще раз похвалила Аня, — слушай, я уезжаю завтра, может сходим куда-нибудь вечером?

— Я не могу, я так плохо себя чувствую, если честно, меня все время тошнит, — призналась Мира.