Книга Тлеющие осколки разбитых надежд, страница 67 – Бусинка Кошковская

— Лекарь сказала, что тебе нужно хорошо отдохнуть. Ты поспи пока, а я побуду рядом с тобою.

Княгиня Дарья была сейчас совсем непрочь хоть немного поспать, ибо весьма устала, ещё и, ко всему прочему, ныл низ живота, но об этом доктор предупреждала, что такое может быть, посему ничего страшного в этом не было. Дарья, слабо, из-за отсутствия сил, взяв мужа за руку, закрыла глаза. Когда её дыхание выровнялось, князь Андрей понял, что она заснула. Он, устало вздохнув, укрыл её одеялом, встал с места и осторожно погасил пальцами свечу, горящую на столе, отчего в комнате стало довольно темно, лишь слабый лунный свет чуть освещал её. Сейчас же в дверь кто-то тихо постучал.

«Похоже, сегодня не дадут покоя…» — подумал князь Андрей и произнёс уже вслух: — Войдите.

Дверь медленно открылась и вошла княжна Марья.

— Ну как она? — прошептала княжна, глядя на Дарью, которая спала на кровати.

— Дарья пришла в себя, а сейчас спит, — тихо, почти шёпотом, ответил князь.

Марья, улыбнувшись, подошла к брату и, уложив руки ему на плечи, очень тихо произнесла:

— Ты, наверное, устал? Ложись в свободной комнате, дабы не мешать ей.

— Нет, ma cheré, я побуду рядом с нею.

— Ну хорошо, — княжна Марья развернулась в сторону двери и направилась к ней, но резко остановилась и вновь взглянула на князя Андрея. — Спокойной ночи, — мягко проговорила она.

— Спокойной ночи, — повторил он тем же тоном. После чего Марья вышла, плотно закрыв за собою дверь.

Андрей вернулся на своё место, он чуть откинулся на спинку кресла и подставил руку под голову, тем самым, приняв удобную для себя позу. Спустя какое-то время князь Андрей заснул, перед этим он осознал, что княгиня Дарья теперь не просто его любимая жена, а ещё и мать его детей. Сама она также знала тот факт, что князь теперь не только её любимый человек и муж, а также отец её детей, это княгиня осознала, когда ещё пришла в себя и разговаривала с ним.

Через два дня крестили в церкви князя Михаила Андреевича Болконского и княжну Екатерину Андреевну Болконскую. Имя для сына князь Андрей выбрал сам, в честь Михаила Илларионовича Кутузова. А Дарья выбрала имя для дочери, назвав её в честь сразу двух женщин — её бабушки княгини Екатерины Александровны Кибаковой и крестьянки Катерины, которая одиннадцать лет верно служила ей и отдала свою жизнь за жизнь своей барыни.

Эпилог. Часть I.

* * *

Прошло почти одиннадцать лет, на дворе был холодный, со всех смыслах, декабрь 1825 года. Многое произошло за минувшие годы.

Осенью 1814 года княжна Марья вышла замуж за Николая Ростова и уехала из Лысых гор. В 1820 году у Болконских родился ещё один сын, которого назвали Алексей — в честь Алексея Сергеевича Кибакова — отца княгини Дарьи. Деревня Лысые горы стала ещё больше, да и количество крестьян в собственности Болконских с двух тысяч душ выросло до пяти тысяч. Николенька пошёл на военную службу и успел дослужиться до капитана, а вот в декабристское общество мать его не пустила, он долго сопротивлялся, пока его отец не поддержал слова жены.

Сам князь Андрей был очень увлечён этими идеями и состоял в тайном революционном обществе «Союз спасения», княгиня Дарья знала об этом, она ничего не имела против, ведь члены данного общества выступали за отмену крепостного права, а крестьян Дарья очень любила и относилась к ним как к людям, а также всегда боролась за их права, но всё же она с недоверием и опаской относилась к идеям мужа и этому обществу. Свержение власти ими планировалось на 1826 год, но, из-за смерти Государя Императора Александра I и вступления на престол его брата — Николая I, которое должно было состояться 14-го декабря 1825 года, восстание должно было случиться именно в тот день на Сенатской площади. Дарья, узнав, что её самый младший брат — Александр Кибаков состоит в тайном обществе и планирует выйти на площадь, обратилась к князю Михаилу, дабы тот своей хитростью отговорил его, ибо сама она не всегда умела договариваться и могла сделать только хуже.