Книга Генрих VIII и шесть его жен. Автобиография Генриха VIII с комментариями его шута Уилла Сомерса, страница 611 – Маргарет Джордж

— Значит, Кейт суждено стать королевой, – тихо пробурчал Уилл. – Пророчество сбывается. Ее честолюбивые стремления вознаграждены.

— Какое пророчество?

— То, что она сама себе напророчила, по утверждению ее брата Уильяма. В детстве ей, видимо, с трудом давались женские рукоделия. И она заявила матери: «Мои ручки предназначены для держав и скипетров, а не для прялок и веретен».

Вероятно, шутливый отказ от скучных занятий превратился в мечту, породившую внутреннее стремление, которое может изменить судьбу. Разве эти вещи не связаны между собой?

— Все мечтают стать королевами, даже служанки и чистильщицы дымоходов. Таковы детские фантазии, – парировал я.

— И когда сие произойдет?

Уилл и вправду выглядел усталым, а я исполнился новых сил, чувствуя себя помолодевшим.

— Когда закончится эпидемия и мы вернемся в Лондон, – ответил я. – Нет, я не собираюсь искать сельского священника и тайно венчаться… хотя это, конечно, весьма романтично.

Скромная приходская церковь… раннее утро, таинственное бракосочетание, прогулка по лугам за незатейливыми полевыми цветами…

— Главное, что на сей раз не будет закулисных тайн и слухов. Торжественный обряд проведет Гардинер. Или Кранмер. Надеюсь, Господь сохранит их. Уже пять дней я не получал известий из Суффолка. Эдвард Сеймур и Педжет всего два дня назад добрались до Глостершира… Я хочу, чтобы все они присутствовали.

И вообще, прохладная часовня и шествие по лугам мне решительно противопоказаны, не стоит даже думать об этом.

— Что ж, желаю тебе счастья, – сказал Уилл. – Ты не слишком много видел его с твоими бывшими женами.

Во дворе накрыли длинный деревянный стол, за которым мы ежедневно собирались под раскидистым орешником, в приятной тени, которой не давали днем стены замка. Перед нами стояли кувшины с вином и букеты цветов, только что собранных доктором Баттсом, Эдуардом и Кейт.

Все ждали, когда подадут обед. А я готовился сделать заявление.

Кейт, как обычно, сидела рядом с Эдуардом. Мне хотелось поймать ее взгляд, но она не смотрела в мою сторону. Она глядела только на Эдуарда.

Кухарки принесли первое блюдо – молодого барашка и жаворонков, приправленных луком и петрушкой.

Когда перед всеми едоками появились наполненные тарелки, я налил себе легкого красного вина, кислого, но подслащенного медом, и громко приказал:

— Наполните свои кубки!

Все поспешили исполнить мое повеление. Я сделал глоток и, подняв свой кубок, произнес:

— Хочу поделиться с вами великой радостью. Англии должно иметь королеву, а мне – жену.

Я склонил голову в сторону Кейт.

«Взгляни же на меня, женщина!» – мысленно воскликнул я, поскольку она продолжала старательно изучать свою тарелку.

— Прекрасная и почтенная леди Латимер станет моей женой и вашей королевой.

Она по-прежнему не поднимала глаз.

— Благопристойная и скромнейшая из королев! – произнес я с шутливой серьезностью, чокаясь с ее кубком.

Звон заставил ее посмотреть на меня.

Все сотрапезники улыбнулись. И лицо Кейт тоже озарилось смущенной улыбкой.

— Король оказал мне великую честь, – тихо промолвила она. – И я молюсь, чтобы Господь помог мне стать доброй, праведной и верной спутницей его величества.

— Ну уж нет, леди Латимер, к чему такой похоронный тон! – игриво воскликнул Сеймур.

Том сидел на своем обычном месте в торце стола. Усмехнувшись, он облокотился на столешницу, и широкие рукава его легкой рубашки вздулись, как паруса.