Онлайн книга «Записки на разбитой коленке»
|
Шёл седьмой день разыгравшейся не шутку стихии. Первый кто, заметил исчезновение старика были соседи, чей дом был стоял напротив. Он стучались в дверь, звали его, а потом, почуяв неладное, сквозь ветер и ливень бегали от дома к дому и спрашивали; не видел ли кто-то его? После недолгих раздумий, они взломали дверь, вошли вовнутрь. Старик был мертв. Он лежал на железной кровати прижав медную трубу к груди и застекленевшими глазами смотрел в потолок. Сельский плотник наскоро сколотил из неотесанных сосновых досок гроб и его сразу начали хоронить, когда выносили тело старого, прекратился дождь и появилось солнце, оно, своими ещё робкими лучиками после дождя, прощалось с ним, рассеяно освещая поваленный лес и дорогу где было сельское кладбище, даже разбушевавшийся океан стал успокаиваться, откатился назад, оставляя на берегу обрывки мертвых водорослей и осколки разбитых ракушек. Был пасмурный день, над серым океаном висела ослепительно-сверкающая радуга, восторженно кричащие чайки кружились над головой златокудрой девушки которая кормила их кусочками чёрствого хлеба, кидая маленькие ломтики в море. Чайки были голодные, вот уже третий день штормило и они не выходили в море, некоторые из них понуро сидели собравшись кучкой на песчаной отмели. Лишь только одна чайка, в стороне от сородичей, стоя на одной ноге, за спиной девушки внимательно наблюдала за ней, блестящими бусинками своих подведённых красными контурами, глаз. — Элена я тебя искал, еле нашёл, опять ты кормишь этих воришек? — Не говори так о чайках, они хорошие, а если и стащат у рыбака селёдку, то только потому, что из-за нас в море все меньше и меньше рыбы, я люблю чаек, они мои добрые друзья. Крепкая мужская рука, с синей татуировкой якоря обняла Элену за тонкую девичью талию и притянула к себе. Она посмотрела ему в глаза, и с нежностью прильнула к нему и они слились в медленном, протяжном поцелуе. Серая чайка, та, что стояла на одной ноге сзади, с криком взмыла в небо и спустясь понеслась по океану крича и плача, касаясь концами белыми крыльями пенистых волн. Ей во след улыбалось светило, шелестел об песок океан. Если вы любите солнце, надо обязательно переждать дождь. Сломать прошлые замки посреди перил железного моста — Ты тогда так быстро исчез, я опомниться не успела — Это был, мой единственный шанс, остаться здесь, я не мог его упустить — Влад я тебя понимаю, но тогда я была страшно злая на тебя — Расскажи мне лучше немного о себе — Два раза была замужем, первый муж от меня сбежал, второй умер, я никого никогда не любила, не знаю, может потому, что в каждом мужчине искала тебя. А помнишь…. — Конечно помню, — перебил он её, почему то взяв за руку, пойдём вон туда — показывая в сторону небольшого моста через Сену, огороженный с двух сторон тяжелыми перилами на которых висели замки. — Катя, знаешь как называется этот мост? — Нет конечно, не знаю — Pont des Arts, он соединяет Лувр на правом берегом Сены с Французским институтом, который на левом берегу. Знаменитый Мост искусств, первый железный мост через реку, построенный по приказу Наполеона. Здесь везде висят замки, которые оставляют влюбленные как символ их вечной любви. Когда я только приехал в этот город, на первые же заработанные деньги купил маленький замок и повесил его с нашими инициалами на перила, тридцать лет он здесь висит и всякий раз когда мне было грустно, я приходил сюда, трогал его и на душе становилось теплее. Пойдём я тебе его покажу. Полуржавый замок, подвешенный на железном прутке моста, тускло блестел своим латунным тельцем полуовальной формы, среди тысячи других закрытых клятв любви. Под мостом небрежно текла свинцовая Сена, они держались за руки и смотрели на замок, он — с умилением, что показал ей наконец то, что столько времени хранил в глубине души и сейчас смог это всё выплеснуть наружу. Она же со скрытой ненавистью, в сердце, делано улыбалась ему. |