Книга Повести, рассказы, миниатюры, страница 6 – Алэн Акоб

— А всё ты виноват, всезнайка грёбаный, советчик хренов! – кричал он.

— Вот делай после этого людям добро, а они тебе чем платят, – не отставал другой, оглушённый всплеском эмоций и хлопка в ухо. Пришлось срочно встать между ними, пока их взаимные обвинения не переросли в драку.

Урок балета подходил к концу. Окончив экзерсис у станка, девушки поспешили в раздевалку, сделав прощальное плие. Все они были рады возвратиться домой, хотя там их ждали уроки, остывший ужин и немытая посуда. Снимая пуанты с ног и вспоминая встречу с ребятами, Марина спросила подружек:

— А вы опять чужие номера телефонов подсунули парням?

— Я всегда даю бабушкин, у меня с ней договор, она и поболтать любит.

— А тот смешной был, как его звали?

— Лёвушка.

— Точно, Лёвушка, конечно, ерунду ему написала, просто набор цифр, а ты?

— А я настоящий дала!

— Ой, ты что, влюбилась?

— Не знаю.

Стрит-арт

Рассвет в окне однокомнатной квартиры не всегда начинается добрым утром. Даже некоторые законопослушные граждане весьма резонно считают, что утро иногда бывает добрым, а иногда нет, причин для этого очень много.

У соседей сверху всю ночь шумели гости, вроде как справляли день рождения, только непонятно, зачем стекло в окне разбили; слева поселились молодожёны – охи да ахи каждый вечер; вой сирен, где-то за домом сгорела машина, скорее всего поджог; коты с кошкой страстно вопили; храпела жена, – и вот только под утро, когда среднестатистический обыватель начинает засыпать, – его будит занудный звон будильника.

— Катти, где кофе?

— Там же, где и вчера.

— Его там нет!

— Разуй глаза, посмотри получше, – натягивая одеяло на уши, – будь добр, дай мне поспать немножко, – зевая.

Чайник: – Кто-нибудь понял, почему этот осёл меня на газ поставил, если кофе из кофеварки пить собирается? – Чайник был новый, эмалированный, с блестящими боками, подарок тёщи.

Бокал из-под вина: – Вчера он чай пил из меня, разве поймёшь этих придурков.

— Катя, нашёл! Кофе-то оказалось этажом ниже в шкафу, это ты его переставила?

— Иди в жопу, Артур!

Кухонный шкаф: – Ну всё, щас начнётся.

Ведро с мусором: – Как всегда, пора привыкать, хорошо хоть посуду не бьют, вчера в меня выбросили ложку и два ножа, потом весь вечер искали.

— Да, ты права, Кэт, я в жопе, ты даже не представляешь, в какой я жопе после того как женился на тебе!

— Так разводись и иди отсюда, кто тебя держит!

— Катти, а сахар где, ведь рядом был?

— А вот сахар кончился, дорогой, надо купить.

Чайник: – Сегодня вроде не очень ругаются, с чего бы это?

Газовая плита: – Да ну их, вчера психанул этот недотёпа и две тарелки разбил сдуру, хорошенькие такие, красивые, в цветастых платьицах в горошек. – Из кухонного шкафа раздалось всхлипывание тарелок. – Не горюйте, подружки, может, новые скоро купят.

Тарелки: – Не надо нам новых, – нервно зазвенев, – мы наших сестёр хотим, и Катька дура хорошая, даже помыть нас по-человечески не может, все края поотбивала!

— Катти, тебе кофе сделать… – немного подождав, – дорогая?

— Сделай, только некрепкий.

— Могла бы и отказаться, – бурча себе под нос, – крепкий ей, видите ли, не нравится, – повышая голос, – будет сделано, зайка, – понижая голос, – после меня, конечно, остаётся полный бардак, но ничего страшного, она уберёт. Иду, иду, моя курочка! Пара куриных яичек, щепотка соли, шматок масла, глазунья готова.