Книга Пес войны, страница 73 – Мария Архангельская

— Бедная девушка. Так вот, дорогой полковник, я очень надеюсь, что командующий Сави рассудит так же, как и вы. Его силы больше наших, и искушение будет велико.

— У вас есть план, господин генерал?

— Разумеется. Скоро узнаем, сработает он или нет. Ну, Киджий, скачи, я на тебя надеюсь.

— Прощайте, господин генерал. Коли коэнцев переживете, дальше вас другой поведёт.

— Прощай, друг Киджий. Может, еще и свидимся.

— На развалинах Коэны, — сверкнул зубами горец и, вскочив на свою невысокую лошадку, пустил её вниз по склону.

Коэнское войско подошло на следующий день. К этому времени повстанцы успели расположиться лагерем, растянув его больше чем на полмили от начала Красного урочища и до Слёзного. Расчёт Гирхарта полностью оправдался — разведчики донесли Тимейлу Сави, что армия Гирхарта стоит в месте, откуда есть три выхода, и он поспешил перекрыть их все. Коэнцы разделились на три части: три полка перекрыли нижний конец Красного урочища, два — более узкое Слёзное ущелье, а остальные расположились лагерем на склоне Медвежьей горы.

Армия Гирхарта старательно делала вид, будто не замечает этих манёвров. Сави не торопился, рассчитывая дать бой завтра утром и справедливо полагая, что за ночь противник никуда не денется. Гирхарт тоже не спешил. Некоторые горячие головы предлагали устроить налёт на один из вражеских лагерей, но генерал решительно запретил — ни к чему раскрывать карты прежде времени. Поэтому он отправил всех отдыхать, пообещав, что первый ход всё равно будет за ними, и посоветовал всем как следует выспаться перед боем.

Уже поздно вечером в палатку Гирхарта провели командиров горских отрядов, спустившихся по склонам ущелья. Совещание получилось более бурным, чем он ожидал. Вожди рвались в бой, и ему потребовались немалые усилия, чтобы убедить воинственных союзников, что врагов на их долю хватит, и удержать от самодеятельности. Оставалось надеяться, что они сдержат свои обещания.

Оставшись наконец в одиночестве, Гирхарт от души потянулся и прошёлся по палатке, разминая ноги. Иные разговоры выматывают сильнее, чем бой. Надо лечь и поспать. Завтра битва, одна из многих, а за ней — новый марш и новый бой. И так — пока он дышит и пока стоит проклятый город, именуемый Великой Коэной.

Гирхарт проснулся ещё до рассвета. Безжалостно растолкав спавшего тут же адъютанта, генерал облился холодной водой, набранной в ручье. Второе ведро он вылил на адъютанта. Парнишка лет шестнадцати, взятый Гирхартом в порученцы за грамотность и расторопность, отскочил, отфыркиваясь, и поспешно натянул рубаху. Гирхарт засмеялся, глядя на его ошарашенную физиономию, и приказал поднимать остальных. Парень убежал, ворча себе под нос что-то явно нелестное для командующего. Беззлобно махнув рукой, Гирхарт вошёл в палатку и ещё раз рассмотрел чертёж. Что ж, всё решено, план боя готов, оставалось только действовать.

Не прошло и получаса, как в палатке Гирхарта собрались командиры всех полков. Генерал оглядел своих офицеров. Несмотря на ранний подъём, сонных лиц не было. Все внимательны, собранны и спокойно ждут распоряжений.

— Господа, — начал Гирхарт, — вы должны выстроить свои полки и быть готовыми выступить через час, максимум — полтора, причем проделать всё это по возможности тихо. Как только построение будет закончено, мы все, кроме дозорных, которые будут наблюдать за коэнским лагерем, атакуем отряд, запирающий Красное урочище. Кавалерию пустить впереди. Покончив с ними, возвращаемся и атакуем тех, кто стоит в Слёзном. Там лошади не пройдут, поэтому действует только пехота. Кавалерия тем временем занимает позицию здесь, укрываясь за склоном Медвежьей, — он провёл концом стиля над чертежом, уточняя позицию. — Третья наша цель — их лагерь. На помощь нам придут отряды горцев, смотрите не перепутайте их с врагами, — он улыбнулся, давая понять, что это шутка. — Вопросы?