Книга Пес войны, страница 25 – Мария Архангельская

— Я их тебе и не предлагаю. Как ты справедливо заметил, у нас с тобой разные отряды. А уживутся, я думаю, спокойно, рамальцам уже приходилось стоять в одном строю с коэнцами.

— Это было раньше и вынужденно!

— Иногда бывает полезно вспомнить старое.

На скулах Таскира заходили желваки. Гирхарт был прав — рамальцы действительно в былые времена охотно шли в коэнскую армию, и хотя до высших чинов дослуживались единицы, низший офицерский и унтер-офицерский состав, не говоря уж о рядовых, состоял из них наполовину, если на не две трети. И потому во время Внутренней войны у Свободной Рамаллы никогда не было недостатка в войсках — на её сторону переходили целые подразделения.

— Ладно, — сказал Таскир. — Но хотя бы предупредить меня заранее ты мог?

— Таскир, но я же не выпытываю у тебя, как ты готовишься к будущим боям. Да и узнай ты, что бы это изменило?

Таскир не ответил. Несколько дней после этого они не разговаривали.

— Таскир обижен, — сказала однажды Фрина.

— Я заметил.

— Гирхарт, — Фрина вздохнула, — не подумай, что я пытаюсь тебе указывать, но не слишком ли ты пренебрегаешь окружающими людьми? Таскир тебе нужен, не так ли? Помирись с ним.

Гирхарт открыл было рот… и закрыл. Фрина была права. Люди ценят хорошее отношение, а дружить удобнее, чем враждовать. В тот же день он попросил у Таскира прощения за резкость и за то, что не посоветовался с ним, принимая такое важное решение, после чего добрые отношения между предводителями были восстановлены.

А время шло. Цветущая весна уже уступила место жаркому лету, когда на Вастас примчался один из пастухов, карауливших дорогу на столицу, и привёз давно ожидаемое известие. К горе приближался полный коэнский полк, и настроены коэнцы, судя по всему, были весьма решительно.

Нельзя сказать, что Ирнар Дорани был доволен этим походом, но и недовольным его назвать было нельзя. С одной стороны он, патриций из знатнейшего рода Дорани, пусть и младшей его ветви, к тому же прошедший не одну войну, был способен на большее, чем приводить в чувство обнаглевших разбойников. С другой — навести порядок в Рамалле действительно было нужно. Скоро по дорогам уже никто не сможет проехать без отряда стражников. Пропадают даже императорские гонцы, на которых веками не решались замахиваться и самые отчаянные из лесных сорвиголов, зная, что расплата будет страшной. За годы смуты тщательно поддерживаемый в стране порядок полетел к демонам в преисподнюю, и с этим надо было что-то делать. Поэтому, когда Ирнар в числе других офицеров получил приказ, он стал спокойно готовиться к его выполнению. Императорские полки расходились по всей Рамалле, — страну было решено прочесать частым гребнем и вывести эту заразу раз и навсегда: и обычные разбойничьи шайки, и те, которые были образованы несмирившимися мятежниками, каковых, по слухам, тоже ещё хватало.

Впрочем, нынешний случай явно был не из них. По донесениям, самая большая и наглая шайка в этих краях засела на горе Вастас, и составляли её в основном беглые рабы. Эта сволочь способна думать только об одном — как набить себе брюхо, поэтому и вела себя так неосторожно. Хлопот с ними не предвиделось, и Ирнар боялся только одного: как бы шайка, узнав о приближении войск, не вздумала разбежаться по окрестностям. Вылавливать их поодиночке будет трудно.