Книга Охотница, страница 75 – Мария Архангельская

— Ну? — сказал он, когда ему принесли поднос с суши. — Что у тебя за дело?

— Ты ведь занимаешься в тире, так?

— Так, — кивнул он.

— И ты знаешь его работников?

— Ну, некоторых знаю. А что?

— Близко?

— Да не так, чтобы очень…

— Но всё-таки, может, ты знаешь, ну… скажем, не нужны ли кому-нибудь из них хорошие деньги?

Пашка перестал жевать. Потом с некоторым трудом проглотил то, что было у него во рту.

— А почему ты спрашиваешь?

— Паша, — я навалилась грудью на край, придвинувшись к нему настолько, насколько позволял стол, — ты ведь мне настоящий друг?

— Угу.

— Мне нужны патроны. Стандартные, калибр девять миллиметров.

Некоторое время Паша смотрел на меня. Потом хмыкнул:

— А пистолет тебе не нужен?

— Нет, пистолет не нужен. Только патроны.

Собственно, в принципе можно было обойтись и без обращения к нему. Первое, что я сделала, когда взяла себя в руки — это достала из ящика стола «макаров» и внимательно осмотрела. Пистолет был в порядке, но всё же я принесла машинного масла и как следует протёрла все детали. Умение разбирать и собирать оружие тоже было при мне, в чём я и не сомневалась. А вот вторым пунктом встал вопрос о боеприпасах. На шести патронах далеко не уедешь. И первая мысль, которая пришла мне в голову — поискать в собственном доме.

А почему бы и нет? Да, мой папа — не бандит с большой дороги и не мафиози. И всё-таки, и всё-таки… Поручиться, что он совсем никак не связан с криминалом, я не могла. Да, у него всё было легально, и всё же, если начать вспоминать… Кто-то ведь дал ему ссуду на начало нового дела после кризиса 98-го? А она была не маленькая, едва ли тогдашние банки стали бы рисковать, когда из всего имущества у нас осталась квартира в убогой «хрущёвке», на которую едва-едва удалось наскрести после продажи дома. Все папины тогдашние партнёры как-то тихо исчезли из его жизни, я помню, как папа с горечью говорил маме, что единственный человек, оказавшийся другом на деле, а не на словах, это тот, кто дал ему тогда работу на складе своей фирмы. Тот самый, который позже был готов взять и меня, конечно, на совсем иную должность, а в то время и сам оказался на мели, хоть и не разорившись полностью. Друг сделал для папы всё, что мог, и большего не потянул бы. И тем не менее, вскоре деньги откуда-то взялись.

Можно вспомнить и ещё один случай, происшедший, когда я заканчивала школу. Того человека, которого я не видела ни до, ни после, и которого папа сперва не хотел пускать в квартиру, а потом заперся с ним в кабинете и проговорил два часа. А на следующий день мы с мамой вдруг спешно собрались и на две недели улетели на Канары. Я тогда ни о чём не задумалась, и лишь радовалась незапланированным каникулам в разгар учебного года. И ещё удивлялась — почему это мама всё время такая рассеянная?

Можно было повспоминать ещё, но проще было сходить и посмотреть. И я отправилась в папин кабинет. Я знала код его сейфа, и где лежит ключ, но раньше мне бы и в голову не пришло лезть туда без спроса. Однако я нашла именно то, что искала: несколько папок с документами, несколько пачек денег… и пистолет, похожий на мой. И пару коробок патронов к нему.

Казалось бы, вопрос решён, но я задумалась, поглаживая воронёный бочок оружия. Я по-прежнему не хотела посвящать родителей во всю эту историю. А это значило, что когда нехватка патронов обнаружится — пусть даже это случится не сегодня и не завтра — мне будет трудно объяснить, куда они делись. Сейф могут открыть папа, мама и я. Так что выявить расхитителя будет несложно.