Книга Прививка от любви, страница 116 – Мария Архангельская

Моё имя было третьим от конца. «Успешно».

В голове словно что-то взорвалось. Я не помню, как выскочила из архива, как неслась по лестницам и коридорам, уже не думая о дежурных наблюдателях. Следующее моё воспоминание — дверь в комнату Наставника Яноша, которую я открываю пинком ноги. Иногда я спрашиваю себя: что случилось бы, если б Наставника не оказалось на месте? Если бы у меня было время взять себя в руки, остыть, подумать… Спрашиваю — и не нахожу ответа. Но, так или иначе, Наставник на свою беду был у себя. Несмотря на поздний час, он сидел за письменным столом, и немедленно подобрался, вскинув глаза на с треском распахнувшуюся дверь. В следующий миг на бумаги перед ним приземлилась распахнутая папка.

— ЧТО. ЭТО. ТАКОЕ?!

— Немедленно вернись в свою комнату, — Наставник внушительно поднялся, опершись о столешницу обеими руками.

— Я спрашиваю: что это такое?!!

— Возвращайся в комнату, это приказ!

— Нет, — чётко произнесла я, глядя ему в глаза. Я знала, что сейчас поднимаю бунт на корабле, но мне было всё равно. Я в один шаг пересекла разделявшее меня и стол расстояние и тоже оперлась на крышку, невольно скопировав позу Наставника. — Не раньше, чем вы объясните, что это значит.

— Ты не в том положении, чтобы требовать объяснений.

— Мне плевать, в каком я положении! Здесь написано, что этот человек работал на Орден. Это правда?!

— Ты забываешься! — Наставник Янош тоже повысил голос.

— А вы нас предаёте!

— Да что ты себе позволяешь, наглая девчонка?! Ты предала нас, когда отдалась похоти, как кошка, и сама распустила язык! Никто тебя за него не дёргал!

— А вы всё знали!

— Да, это было испытание, а ты как думала, дорогая моя? Что сможешь обмануть Орден? Это было испытание, и ты его не прошла.

— Не лгите! — прошипела я. — Здесь написано «успешно». У всех написано «успешно»… почти. Весь Орден из одних провалившихся?!

Наставник втянул воздух через расширившиеся ноздри. Секунду мы смотрели друг другу глаза в глаза, и если бы один из нас упал обессиленный, я бы ничуть не удивилась — такое напряжение повисло сейчас в воздухе.

— Так значит, вы это всё подстраиваете, да? — тихо, почти шёпотом, заговорила я. — Нанимаете… этих… позволяете им всё… а потом сдаёте нас врагам — и благородно спасаете? Всех нас? А мы-то вам верили…

Взгляд Наставника вдруг скользнул в сторону. На мгновение — но этого хватило, чтобы внутри меня прозвучал тревожный сигнал. Я скосила глаза туда же. На боковую стену, в которую был вбиты крючки для одежды. На одном из них висела кобура с пистолетом.

В следующий миг я едва успела отшатнуться, когда мне в голову полетело декоративное пресс-папье. Совсем увернуться не удалось, и он меня всё-таки достал — этого не хватило, чтобы меня оглушить, но я вскрикнула от боли. А Наставник метнулся к крючкам. Не знаю, хотел ли он убить меня, или просто вывести из строя, я не стала проверять. В спину ему полетел стоявший рядом со столом стул, заставивший Яноша потерять равновесие, я перемахнула через стол и сама кинулась к пистолету. И мне даже удалось сдёрнуть кобуру с крючка, когда Наставник схватил меня за ногу и опрокинул на пол лицом вниз. И тут же навалился сверху. Он был сильнее, но я ловчее и гибче, и подмять меня было не так-то просто. Мы возились на полу, я выворачивалась, он давил, одновременно пытаясь отнять пистолет, который всё равно в кобуре был бесполезен. В какой-то момент он смог взять мою шею в захват, но я надавила на болевую точку у него на руке, он зарычал, и хватка ослабла. Этой секунды мне хватило, чтобы обнажить оружие и снять его с предохранителя. Стальная рука опять сжала моё горло, я вскинула пистолет над своим плечом, он попытался перехватить моё запястье, но я успела нажать на спуск.