Книга Переписать сюжет. Книга 1, страница 53 – Мария Архангельская

— В таком случае, я полагаю, тебе не составит труда на некоторое время взять на себя заботы о твоей матери? Ну, скажем… на два месяца. Пусть она поживёт у тебя, и, если она будет довольна твоим уходом и ни на что не пожалуется, мы будем знать, что в семье её сына с ней действительно обращались плохо. Если же жалобы продолжатся, станет ясно, что дело в ней и её старости.

Такого благодарного взгляда, каким невестка посмотрела на Чжаньцюна, Линьсюань не видел ни у кого и никогда. А вот Ян Люй и её супруг, стоявший рядом с остальными деревенскими, обрадованными отнюдь не выглядели. Впрочем, золовка быстро взяла себя в руки.

— Недостойная Ян повинуется решению главы! Уж эта семья покажет, что такое любовь и забота о своей матери.

Она выразительно глянула даже не на невестку, а на брата, но тот едва ли тот заметил её взгляд — он смотрел только на жену, и на его лице читалось искреннее облегчение. Соседи тихонько переговаривались за их спинами и кивали головами, видимо, согласные с тем, что глава рассудил по справедливости.

— Что ж, быть по сему, — постановил глава Ши, и все склонились в поклонах, принимая его решение.

— Хорошо, что ты был рядом со мной, шиди, — сказал Чжаньцюн, когда они возвращались после судилища в орден. — Иначе я мог бы заменить глаза ушами и вынести несправедливый приговор.

— Остаётся дождаться, пока старая Ян проявит свою болезнь. Или не проявит, и тогда мне придётся признать, что я ошибся.

— У нас есть время, — Чжаньцюн немного помолчал. — Как твои уроки?

— Неплохо. Ученики стараются.

— Ты тоже навёрстываешь упущенное. Думаю, ещё до исхода осени ты сможешь полностью заниматься с ними самостоятельно.

— Хорошо бы, — пробормотал Линьсюань. Пласт знаний, который разворачивала перед ним своя-чужая память, казался неисчерпаемым, но он уже понял, как извлекать из неё нужное самостоятельно, пусть и опираясь на чужие уроки. Срабатывало почти всегда, а редкие промахи ему простят. В крайнем случае всегда можно переспросить. Единственное, где пробел в знаниях может иметь действительно критические последствия, это ночная охота. Злобному призраку или оборотню не скажешь «ой, ребята, я что-то позабыл, как эта печать складывается, давайте в следующий раз».

— Зайдёшь ко мне? — тем временем спросил Чжаньцюн.

— Почему бы и нет?

Однако мирно попить чаю им было не суждено. Стоило двум заклинателям подойти к развилке дорожек, одна из которых вела к дому главы, как с противоположной стороны раздался вопль:

— Учитель Хэн!!!

Заклинатели оглянулись. С дорожки, что вела к дому Линьсюаня, к ним со всех ног бежала девушка в белой одежде ученицы. Прищурившись, Линьсюань узнал в ней одну из своих подопечных.

— Гла… глава… — задыхающаяся ученица затормозила рядом и торопливо отвесила поклон. — Учитель…

— Что случилось, Ваньи?

— Там дашисюн… и другие… бьют И Гусуня!

Оставалось только переглянуться с Чжаньцюном и поспешить за Жунь Ваньи. И что этим парням наймётся, с досадой думал Линьсюань, быстро шагая за порывающейся перейти на бег ученицей. А, впрочем, что всегда неймётся мальчишкам? Помнится, и в классе Андрея был такой одинокий парень, который остальных мальчиков вечно раздражал по неведомой причине. Казалось бы, ну торчит в стороне нескладный школьник, уткнувшись в свою книжку, и пусть себе торчит, никому же не мешает, а что не играет и не гуляет со всеми, так то дело добровольное. Но нет, обязательно надо к нему прикопаться, а то чё он. Андрей, правда, к старшим классам в травле участие принимать перестал, но и заступаться за классного аутсайдера ни разу не пробовал. Иногда, когда он вспоминал об этом, становилось стыдно.