Книга Переписать сюжет. Книга 1, страница 168 – Мария Архангельская

Неужели… Неужели глава так хочет покрыть своего любимчика, что надавил на честного чиновника, пришедшего с докладом об измене? Но если Ши Чжаньцюн настолько безрассуден, что готов признать врага родным отцом, то Гусунь сделал большую ошибку, втянув в это дело других. Впрочем, даже если его подозрения насчёт главы беспочвенны, это ничего не меняет. До сих пор он не задумывался, как быть, если не удастся достигнуть успеха в затеянном предприятии. Зато теперь истинное положение вещей встало перед ним во всей своей неприглядности. Сговор карается тяжелее, чем одиночное преступление. И пусть главарь он, Гусунь, но остальные тоже будут подвергнуты каре.

Мысль Гусуня металась, будучи не в силах найти выход. И тут вдруг в глубине этого мрака мелькнул луч надежды.

— Глава Ши, этому ученику ещё есть что сказать.

— Говори, — отозвался глава.

— Глава Ши, если мастер Хэн действительно только покупал занятные вещицы и делал заказы мастеровым из Фэнчэна, то зачем ему хранить в своём доме списки личного состава приграничных гарнизонов и перепись населения с распределением военного призыва по уездам и волостям?

Вот теперь веер замер, более того, со щелчком захлопнулся. Лицо главы Ши окаменело.

— Ты видел их собственными глазами? — ледяным тоном спросил он.

— Нет. Но их видела ученица Жунь Ваньи.

Очень не хотелось впутывать в это дело Ваньи, но… Ученики, убирающиеся в личных домах своих мастеров, знают многое. Тогда они в который раз поспорили, мог ли Хэн Линьсюань быть шпионом, и Гусунь подбил подругу пошарить на столе и в шкафах своего учителя. На следующий день девушка вернулась понурая, и Гусунь, слегка надавив, вынудил её признаться, что да, подозрительные бумаги у мастера Хэна действительно были. Правда, когда он сам смог выбрать время и незаметно заглянуть в дом мастера Хэна, то компрометирующие списки уже исчезли. Гусунь подосадовал и почти забыл об этом, потому что больше привлекать Ваньи к своему расследованию не собирался. Она всё же женщина, а значит, слаба духом…

Но сейчас выбора просто не было.

— Что ж, — Синь Гуйфэн вопросительно посмотрел на Ши Чжаньцюна, — полагаю, глава, надо спросить эту ученицу. Что она там видела и видела ли вообще хоть что-нибудь.

Глава помедлил, и Хэн Линьсюань неожиданно поддержал собрата:

— И в самом деле. Если эта ученица действительно шарила в моих бумагах, пусть скажет это нам в лицо.

Они обменялись долгими взглядами, потом Ши Чжаньцюн кивнул:

— Ты прав, шиди. Шиди Ли, не сочти за труд послать кого-нибудь за ученицей Жунь.

Ученик убежал, мастера ждали в молчании. Каждая минута казалась вечностью. Наконец послышались лёгкие шаги, и во двор вошла Ваньи. Гусунь попытался ободряюще улыбнуться ей, Ваньи жалобно посмотрела на него, потом опустила глаза и поклонилась главе и остальным заклинателям.

— Итак, ученица Жунь, — тон Ши Чжаньчюна не предвещал ничего хорошего, — этот внешний ученик утверждает, будто ты рылась в бумагах своего учителя и видела там списки военнообязанных. Это правда?

Ваньи снова вскинула расширившиеся глаза на Гусуня.

— Прости, — вздохнул тот. — Я всё тебе объясню. Но тебе придётся им сказать. Просто поверь мне.

— Мы ждём, — напомнил глава Ши.

Ваньи сглотнула и что-то пробормотала себе под нос.

— Громче.