Книга Переписать сюжет. Книга 1, страница 156 – Мария Архангельская

— Благодарю за бесценный дар, уважаемая! — громко сказал он в ту сторону, куда уползла змея. — Этот заклинатель не достоин его, но не смеет отказаться!

— Воистину, вы благословлены Небесами, мастер Хэн, — Жулань никак не могла заставить себя оторвать взгляд от драгоценности. — Такое сокровище…

— Честно говоря, не думаю, что эта жемчужина сильная. Будь та змея сильна, могла бы постоять за себя и без моего заступничества, — заклинатель покатал жемчужину на ладони. — Но всё равно, от сердца оторвала, можно сказать… Надо же, иные змеи благодарнее иных людей.

Жулань лишь качнула головой, не понимая подобной привередливости. Даже просто стать свидетелем такого, и то дорогого стоит. Как бы Хун Пао не принялась болтать… А, кстати, где она?

Служанки рядом не было. Жулань огляделась по сторонам, осознав, что не может сказать, в какой момент та исчезла. По спине мгновенно продрало холодом.

— Хун Пао! — закричала она, бросаясь назад. А что, если та змея всё-таки… — Хун Пао!

— Бегу, бегу, госпожа! — донеслось из-за сливовых стволов, и у Жулань сразу отлегло от сердца. Служанка уже спешила навстречу, поправляя юбку. Похоже, присела где-то по естественной надобности, рассудив, что никуда хозяйка с господином заклинателем не денутся, да так всё и пропустила. Оно и к лучшему.

На ночлег вся компания осталась в доме старосты, который хозяева уступили им целиком, уйдя на ночь к соседям. Жулань со служанкой и ученица легли за занавеской, и некоторое время женщина прислушивалась, как парни о чём-то шепчутся, пока сонный голос учителя не посоветовал им угомониться, потому что завтра рано вставать. Встали заклинатели действительно рано, потому что, проснувшись, Жулань не увидела ученицу рядом с собой. Мечи так же отсутствовали, и Жулань подавила разочарование. Хотелось бы встретиться с мастером Хэном ещё хотя бы за завтраком перед неизбежным расставанием.

— Какое сегодня солнечное утро! — щебетала Хун Пао, помогая Жулань причесаться перед небольшим зеркалом. — Наконец-то мы уберёмся из этой дыры. Даже нашей лошади, должно быть, не по вкусу здешнее высохшее сено. Вот и господа бессмертные даже нас ждать не стали…

Жулань молчала, разглядывая себя в полированной бронзе. Всё же хотелось бы ей разгадать, что скрывается за этим вечно устремлённым на неё взглядом Хэн Линсюаня. Не отвращение, не жалость, не насмешка… Ему словно было трудно отвести от неё глаза.

Вдруг вспомнилось то злополучное гуляние на праздник Фонарей, и то, как мастер Хэн с Цзиньчэном обсуждали красавиц. Линьсюаню не нравятся ни низкорослые, ни полные, ни тонкоголосые, ни… Может ли бы так… что Жулань ему не неприятна?

Это не должно было иметь никакого значения, но почему-то имело.

Снаружи послышался шум, похожий на тот, что сопровождал вчерашнее появление гостей. Выглянув наружу, женщины с изумлением увидели возвращающихся заклинателей. Только теперь один из учеников поддерживал другого, и красные пятна, выступившие на белой ткани, не оставляли сомнений в причинах слабости юноши. Девушка спешила позади, сжимая в руках все три ученических меча.

— Бинты и чистую воду, быстро! — командовал широко шагавший впереди Хэн Линьсюань. — И да, уважаемый староста, о вашем призраке можете забыть. Мы его уничтожили.

Дом наполнился суетой, голосами, жена старосты неразборчиво причитала, разводя очаг, её невестка принесла воду и ворох тряпок, заклинатели хлопотали вокруг пострадавшего товарища, внуки старосты вертелись под ногами, и их все дружно гнали прочь. Раненный — теперь Жулань видела, что это был Пэй Лин — болезненно шипел, когда с него снимали верхнюю одежду и промывали рану, но умирающим не выглядел, несмотря на впечатляющее количество крови.