Книга Новые пути. Книга 2, страница 29 – Мария Архангельская

Ну и? — ворчливо спросил внутренний голос. Ты увидишь её в лучшем случае мельком. Рядом её муж, который тебя терпеть не может, и да, он уже просил тебя держаться от его жены подальше. Ты же не станешь навязывать им своё общество и провоцировать грубость этого мужлана не только к тебе, но и к жене? Он ведь и руки распустить горазд.

Нет, конечно, ответил сам себе Линьсюань. Я не собираюсь подставлять Жулань. Но хотя бы просто посмотреть на неё издали…

Ты что, влюблённый подросток? — закатил глаза внутренний голос. Ты даже с Татьяной, твоей великой любовью, так себя не вёл. А между тем с Татьяной у тебя всё же были какие-то шансы, а здесь — ни одного. Вы и встречались считанные разы, и никакого интереса она к тебе не проявила. Эта женщина предназначена не тебе, ясно? Даже когда избавится от своего муженька.

Я знаю, уныло согласился Линьсюань. А, кстати, где у нас север? Закатное солнце светило вдоль улицы, куда выходили его окна. Улица впадает в площадь под прямым углом, значит, запад там, а север — и Сосновые ворота — прямо впереди.

Идиот, сказал внутренний голос. Ну, найдёшь ты эту «Персиковую рощу» и будешь, как последний кретин, торчать под окнами? Ты даже не знаешь, точно ли она там. А если и там, то уже, наверно, спит. Ты её даже не увидишь, так можно ли придумать что-либо глупее?

Линьсюань опять был с ним полностью согласен, но ноги уже несли его по лестнице вниз с террасы и дальше, к выходу из гостиницы. Ханьшуй послушно поднял его в воздух и донёс до северной стены. Ворота в ней были только одни, а вот чтобы найти «Персиковую рощу», пришлось поблуждать по окрестным улицам. Уже совсем стемнело, и Линьсюань, перелетая через одни квартальные ворота за другими, ориентировался на свет фонарей перед входами в здания. У гостиниц, винных домов и ивовых заведений они, как правило, висели гроздьями.

Наконец большое здание с табличкой «Персиковая роща» над входом, выглядевшее поскромнее той гостиницы, в которой остановился Линьсюань, было найдено. Заклинатель поколебался, но всё же толкнул входную дверь. Он был готов к тому, что она окажется заперта, но нет, створки распахнулись, и слуга, дремавший за стойкой, вскинулся при его появлении.

— Скажи-ка, любезный, а не остановились ли в твоей гостинице господин и госпожа Е? — второй связки монет при себе у Линьсюаня не было, и на свет появился кусочек серебра. Слуга заколебался, но серебряный блеск оказался слишком соблазнительным: он облизнул губы, зачем-то огляделся по сторонам, хотя рядом никого не было, и молча распахнул большую книгу, лежащую перед ним на стойке. На последней заполненной странице красовалась размашистая надпись, гласившая, что Е Цзиньчэн с женой остановились в гостинице «Персиковая роща» на одну ночь, будучи тут проездом по делам. Рядом была приложена личная печать.

— А в какой комнате?

— Последней по коридору, — слуга пальцем указал наверх и влево.

— Спасибо, — Линьсюань положил серебро на стойку.

Городские дома, если не прячутся за стенами, стоят практически вплотную друг к другу, но тут Линьсюаню повезло: гостиница находилась на углу, так что окна боковой комнаты наверняка выходили в переулочек, оказавшийся тупиком. Не нужно было гадать, смотрит ли номер супругов Е на улицу или во двор, или возвращаться и переспрашивать. Линьсюань остановился на мостовой, задрав голову. К его удивлению, окошки ещё светились тусклым светом, видимо, постояльцы не спят. Линьсюань замер, охваченный надеждой: а вдруг Жулань подойдёт к окну? Или хотя бы пройдёт мимо, и мелькнёт на оконной бумаге знакомый силуэт?