Онлайн книга «Утренний Всадник»
|
Смеяна стояла на том же месте, по колено в снегу, но ожесточение с ее лица пропало, остались только волнение и любопытство, смешанное с настороженностью. Она наблюдала жгучую развязку многолетнего сосуществования Держимира и чародейки и даже забыла о себе и своей нерешенной участи. Она дрожала от волнения, ей было жутко, хотелось кричать, что это неправда, что свет в человеке не слабее зверя, особенно если сам человек не хочет быть этим жадным и прожорливым зверем. И она уже сомневалась, что правильно поступила, не дав Держимиру задушить Звенилу. Может быть, чародейка и была его злой судьбой, если потакала его вражде и мстительности. Но что она будет делать без него? Куда пойдет? А как ему жить без нее? Она – его судьба, а разве судьбу можно прогнать? С чем тогда останешься? И в глазах Смеяны, встретивших взгляд Держимира, был этот живой вопрос. А у него уже не было сил ни на гнев, ни даже на удивление – ни на что. Он чувствовал себя умершим и глядел на земной мир и на эту заснеженную поляну как бы с того света, из мира покоя и равнодушной тишины. Светлый Ирий представлялся ему сейчас именно так – как покой и равнодушная тишина. — Так это ты во всем виновата? – равнодушно спросил он у Смеяны. – У людей судьба хоть и злая, да все же одна! А у меня две! Ох, Перуне-Громоверже, зачем я на свет таким уродился? Князь глубоко вздохнул и свесил голову на грудь. Смеяне стало жаль его: он был настолько слаб и опустошен, что его нельзя было ни осуждать, ни бояться, а можно было только жалеть. — Ты бы сел, брате. К Держимиру подошел Байан-А-Тан, по-хозяйски завел его руку к себе за шею и повел к бревну, оставшемуся здесь с прошлой стоянки. Отроки поспешно скинули снег с толстого ствола, и Баян усадил Держимира. Смеяна медленно и осторожно приблизилась и встала в трех шагах. — А вот и неправда! – почти спокойно, с легким вызовом ответила она, чувствуя себя гораздо сильнее этого несчастного человека. – Не брани свою судьбу никогда. Ты ее не знаешь. Если сам решишь, что она злая, – получишь злую. А будешь добрую искать – найдешь. — Чужая добрая – мне и есть злая, – вяло ответил Держимир, водя по лбу рукавом. – Вот как ты. — Нет, брате! – возразил немного повеселевший Баян. – Удача – как меч, в умелых руках врага зарубит, в неумелых – тебя самого. Кто удачу поймал, тот и владеет. А тебе не надо – мне отдай. Он весело обнял Смеяну за плечи, веря, что уж теперь-то она от него не уйдет. Но Держимир поднял глаза, посмотрел поочередно на них обоих и мотнул головой. — Не отдам, – устало сказал он. – Она мне слишком дорого досталась, чтобы раздавать… Тебе, Черный, удачи и своей на три жизни хватит. Кто добыл, тот и владеет, говоришь? Поглядим… * * * Смеяна сидела в шалашике из елового лапника и смотрела наружу через узкую щель выхода. Ей предложили шатер, приготовленный для княжны, но она отказалась – через плотные шкуры не много-то увидишь, а она не хотела чувствовать себя зайцем в мешке. Из шалаша она могла видеть не только поляну перед собой, но и лес по сторонам. Утомленные ночным бураном отроки спали на охапках лапника, двое дозорных сидели на бревнах лицом в разные стороны, еще двое стояли по сторонам, чуть глубже в лесу. До темноты осталось не так уж долго, а после заката дружина Держимира отправится дальше. |