Книга Ведьмины камни, страница 317 – Елизавета Дворецкая

Хедин и двое Эйриковых сыновей, Сигурд и Бьёрн, встретили Ингвара у лодьи и проводили к отцу. Эйрик медленно встал навстречу, сделал несколько шагов и протянул руку племяннику:

— Здравствуй, Ингвар! Вот наконец-то мы с тобой встретились!

Ингвар пожал ему руку, с тайным изумлением рассматривая незнакомого дядю. Рослый, величественный, с седовато-рыжими волосами и бородой, с уверенным взглядом темно-серых глаз, тот выглядел человеком, очень даже способным приходить в облике медведя!

К Ингвару приблизилась молодая женщина в белом платье, с рогом в руках.

— Мы, род Эйрика конунга, приветствуем тебя на нашей земле, Ингвар конунг, если ты пришел как друг, – заговорила она; ее красота, уверенная речь, белое платье с отделкой серебряной тесьмой на синем шелке придавали ей такое сходство с валькирией, что Ингвар невольно содрогнулся. – Да будет с тобой милость Одина, да пошлет он вам мудрости и благоразумия, чтобы разрешить все дела, не вредя ничьей чести и благополучию. Приглашаем богов быть участниками нашей беседы и помочь нам их божественной мудростью!

Она отлила немного пива наземь, потом подала рог Ингвару. Он тоже плеснул на землю, отпил и передал Эйрику. Ингвар вспомнил эту женщину, хотя, когда он видел ее в последний раз, она еще была девушкой – носила косу и не покрывала голову.

— Благодарю тебя, Хельга дочь Арнора, – ответил он и наклонился, чтобы ее поцеловать: все же ее покойный муж был его племянником, и между ними имелось свойство, хоть теперь и бывшее. – Мы встречались, помнится, у моей матери, две зимы назад.

При виде лица Хельги Ингвар вспомнил, как в ту зиму к ней сватались сразу трое. Один из троих с тех пор стал его врагом, другой добился успеха в женитьбе, но не этот ли успех привел его к смерти?

— Сожалею о гибели твоего мужа, – добавил он из вежливости.

Хельга в ответ взглянула на него с удивлением, чему удивился он сам. Да, он никогда не был ловок по части учтивых речей, но сейчас-то он что не так сказал?

— И моего брата Несвета. Я мало знал их обоих, но если мой родственный долг…

Ингвар вопросительно взглянул на Эйрика. Так вышло, что было неясно, кто из них должен мстить за эти смерти – и кому.

— Ты похож на отца, – сказал Эйрик; обсуждать смерть Несвета он считал преждевременным. – Надеюсь, не только внешне – он был человек благоразумный.

— Если Ингвар конунг удался в материнскую родню, ты ведь не попрекнешь его этим? – пришел на помощь Мистина, видя, что его побратим не находит ответа на этот маленький упрек. – Я слышал, когда ты был в том же возрасте, ты вел непримиримую войну с твоим дедом, Бьёрном конунгом.

— И тот случай наградил меня кое-каким опытом, который, надеюсь, пригодится и вам! Ну, садись.

Эйрик и Ингвар сели напротив друг друга на сложенные плащи, служившие подушками, их родичи и приближенные расселись вокруг. Кияне привычно усаживались, подбирая под себя ноги – научились у степняков, в строгую позу важных переговоров. Дружине Ингвар не раз уже приходилось сидеть в печенежских шатрах и в жилищах ясов, где тоже не водилось скамей.

Хельга с братом сели по левую руку от Эйрика, его сыновья – по правую. Оглядев прочих приближенных Эйрика, Ингвар заметил и еще два знакомых лица. Эскиль Тень и Гримар Мороз тоже были здесь – сидели у края полога, на траве. Ингвар отвел глаза, будто не заметил их: он злился на них, но не желал сам быть уличенным в предательских замыслах. Он явился сюда не для того, чтобы обсуждать беглых наемников.