Книга Ведьмины камни, страница 226 – Елизавета Дворецкая

— Я отдал ее Хамалю. Это будет его часть добычи. Мне получше, – Эскиль усмехнулся, – ему что осталось.

Отворилась дверь, явились Естанай и Айгалча, нагруженные пожитками. За ними трое-четверо хирдманов несли лари и мешки. У служанок вид был сердитый, у хирдманов – отчасти смущенный.

— Пусть твои люди выйдут – здесь нужно навести порядок, – велела Хельга.

Пока служанки трудились, Хельга продолжила расспросы, выясняя судьбу жителей. Когда варяги ворвались в город, кое-кто из мужчин погиб – особенно те, кто сопротивлялся. Но пленных почти не брали: они только помешали бы войску. В эту пору, когда поля едва засеяны, варягам трудно было прокормить даже себя, а до ближайшего места продажи пленников пришлось бы везти несколько недель. Поэтому варяги удержали в городе молодых женщин, а остальных выгнали.

— Кому вы служите? Кто вас сюда прислал? Ингвар?

— Нет. Мы больше не служим Ингвару. – Эскиль с хозяйским видом развалился на скамье, сидя на мягкой подушке и привалившись к стене, пока служанки мели пол у его длинных ног в грязных башмаках. – Как говорил Хникар,

Мы больше доверяемся удаче Ингвара. Ушли от него зимой – он слишком плохо кормил нас, а к тому же хочет запретить нам наниматься к грекам без его разрешения. Мы не можем позволить держать нас за рабов. Мы выступили против него, заставили дать нам припасов, одежды и лошадей, а потом ушли на север к Сюрнесу.

— Так вас прислал Сверкер?

— Нет. Мы провели у него остаток зимы и даже кое в чем ему помогли – жители его страны недовольны, он же захватил там власть незаконно… Ну, то есть он силой захватил власть своего тестя, он женат на дочери бывшего тамошнего конунга…

В глазах Эскиля, устремленных на Хельгу, отразилась какая-то новая мысль. А она вспомнила: «Однажды во время сонарблота Эскиль дал обет, что найдет себе жену королевского рода, чтобы подкрепить свой королевский род. Фрейр ждет исполнения обета»…

— И теперь ты, захватив меня, собираешься стать конунгом в Видимире? – насмешливо спросила она.

— А почему бы и нет?

Эскиль снова подошел к ней с явным намерением обнять.

— Конунгом ты уже стал, раз уж ты бился с моим мужем на условии, что все его имущество переходит к тебе, – сказала Хельга, с усилием отгоняя горечь и ужас от мысли об этой смерти. – Но насчет меня… придержи руки.

Она бросила на него строгий взгляд. «Соблазни его», – сказал ей альв. Этого не требуется – Эскиль и так смотрит на нее с предвкушением и не спешит, потому что знает: ей некуда от него деваться. Но ей ведь нужно не завлечь его в объятия, а завладеть его душой и волей. Пока что Хельга терялась перед этой задачей и старалась лишь сохранять уверенный вид. Покажи она себя боязливой жертвой – эту битву она проиграет.

— В этот раз ты от меня не ускользнешь. – Эскиль положил руки ей на плечи, словно придавливая к земле. – Теперь ты вся моя.

— А что тебе нужно? – Хельга снизу вверх взглянула ему в глаза.

У него дрогнул левый угол рта – Хельга взглянула на розовое пятно на правой щеке. За два с половиной года оно побледнело, мелкие шрамы посветлели, но не исчезли.

— То, что ты можешь получить от любой рабыни? – продолжала она, не давая ему ответить. – Ты можешь обойтись со мной, как с рабыней. Ты можешь сделать меня рабыней. Даже продать. Но принесет ли тебе счастье и удачу марка серебра за меня – или даже две. Ну, пусти!