Книга Потомок седьмой богини, страница 49 – Алессандра де Амальфи

— Никогда, – солгал я.

* * *

Сомнений, что Вивиан также присоединится к поездке, не было. Но насладиться ее компанией я так и не смог: король просил ее не отходить далеко, а я не собирался дежурить у дверей хозяина, как верный пес. Дорога до Фадрейна занимала чуть больше половины суток, что позволяло подняться на корабль, упасть в неприветливые объятия кровати в одной из кают и открыть глаза лишь по прибытии… но я заранее знал, что не сумею сомкнуть глаз. Так или иначе, это помогло написать отчет для Гептагона – безделье порой утомляло даже больше, чем дела, к которым не питаешь приятных чувств. Отправить его я не мог, ведь корабль находился в постоянном движении, что мешало созданию портала, а потому конверт нашел обитель во внутреннем кармане моего сюртука, где и планировал греться до спуска на сушу.

Фадрейн встретил гостей запахами тухлой рыбы и нечистот. Уже с причала становилось очевидно, насколько хуже там шли дела – сравнения со столицей не смели даже зарождаться. Горожане выглядели так, словно все до единого были поражены смертельной болезнью, и я старался избегать их взглядов. Казалось, будто они вот-вот начнут срывать с меня одежду в попытках выпросить милостыню. К счастью, все мои украшения исчезали по щелчку пальцев, так как не имели телесного воплощения, а единственное настоящее кольцо вряд ли заинтересовало бы даже отчаявшихся бедняков. Полностью черное одеяние отлично подошло к траурному настроению, витавшему над островом, а высокий ворот рубашки защитил не только от морского ветра, но и от липких взглядов страждущих, пусть такой вид и заметно выделял меня среди местных жителей.

Так или иначе, я не был заметнее исполинской фигуры его величества. В солнечный день на его фоне неизбежно терялся любой, кто смел встать рядом, а в пасмурное утро на полном несчастий Фадрейне этот эффект и вовсе достигал апогея. Способствовала тому и неприкрытая неприязнь короля. Все на покоренном острове было ему немило – с одинаковым отвращением он смотрел как на голодных детей, роющихся в куче объедков, так и на свою резиденцию, прежде бывшую домом местного правителя. Я бы предположил, что он ненавидел этих людей за то, на сколько смертей они обрекли его войско во время войны, но теперь и они были его народом. Нет смысла покорять земли, если тебе не нужны живущие на них люди.

Прежний хозяин Фадрейна, как и его подданные, не был богат, а потому жил не в замке, но в доме чуть большем, чем у всех прочих. Если нелепый тэлфордский дворец казался мне обставленным просто, то это место и вовсе не годилось для жилья – скамьи вместо мягкой мебели, крошечные ведра вместо хоть какого-то подобия умывальников и ванн, ни единой шторы или прочего куска ткани. Здание казалось не просто бездушным и лишенным всякого уюта – скорее мертвым.

В одном из одинаковых залов расставили дюжину стульев, и, когда я в числе свиты короля вошел в помещение, нас уже ждали местные чиновники. Здесь отношение к королю было иным, и чтобы понять это, не было нужды заглядывать в чужие головы: расслабленные позы и дерзкие ухмылки не оставляли простора для интерпретаций. Самый немолодой из местных господ поднялся со стула и низко поклонился.

— Его величество Фабиан Миррин, – звучно пропел он. – В сопровождении неизвестного юноши и очаровательной дамы. Чем покоренный остров обязан столь скорому визиту? Если бы вы предупредили нас заранее, мы бы непременно подготовили для вас достойные покои.