Книга Измена. Месть подают холодной, страница 50 – Рита Ардея

Дверь в его комнаты запирается на магический замок. Замысловатое движение пальцев — и она сама по себе открывается, гостеприимно приглашая нас внутрь. Это целый жилой блок с собственной прихожей, рабочим кабинетом на случай, если кабинет в главном корпусе поднадоест, спальней и ванной. Даже кухонька имеется. Неудивительно — преподаватели Академии проводят в ней большую часть жизни, не вечно же им питаться в столовой.

Всё внутри пропитано Райденом насквозь. Я чувствую его руку, его запах во всём: в шёлковых вайшнийских занавесках и ковре, в приглушённых лунных тонах, даже в серебристом свете светильника — он никогда не любил оранжевый и жёлтый свет.

— Ты проводишь тут много времени? — скорее утверждаю, чем спрашиваю я, проводя рукой по гобелену, изображающему длинного, как змея, дракона.

Водные драконы отличаются каждой деталью облика, как и зелёные древесные драконы они не имеют крыльев, но, в отличие от последних, способны летать. Чешуя их крупнее и по форме напоминает рыбью, в то время как у нас, ледяных, это скорее пластины, что крепче стали. Когда я впервые увидела Райдена в драконьем облике, я подумала, что смотрю на неземное существо.

— Я редко езжу на родину, — говорит он.

— Почему?

— Что мне там делать? Бегать от попыток махарани выгодно женить меня?

Махарани — царица Вайшны — всегда женщина-дракон. Махарадж, её супруг и верный помощник, должен подчиняться ей. Это разнится с тем, что принято в Ристайле, где всему голова император — только мужчина, и с Дахрааром, где ёрмунганд правит наравне с нидхёгг — своей супругой, разделяющей с ним бремя. Винс, конечно, пока не обзавёлся нидхёгг, а женщины, с которыми он имеет дело, вряд ли достойны носить титул соправительницы.

— Всё всегда упирается в свадьбу, — бормочу я. Райден неопределённо пожимает плечами.

— В свадьбу и детей. С последними всё туго, когда брак по расчёту.

Обдумываю его слова, отворачиваюсь от гобелена, чтобы по лицу Райдена понять его мысли. Догадка меня не радует.

— Ты всё ещё сомневаешься в моих словах, — говорю прямо. — Потому что всего через пять лет брака я смогла родить ребёнка. А это признак… Ох, забыла, какое-то ваше вашнийское слово, — морщу лоб, пытаясь вспомнить.

— Истинность, — напоминает Рай. — Отпечаток судьбы.

— Любите же вы судьбу и гадания по звёздам, — ворчу, опираясь о комод.

— Иногда и звёзды ошибаются, — говорит он рассеянно.

— Я говорила тебе много раз, что у нас это так не работает, — вздыхаю я. — Мы не верим в перст судьбы и предопределённые исходы. Ледяные драконы куют свою жизнь сами, а связать себя с другим могут только ритуалом. И я…

Осекаюсь, когда замечаю на спинке кресла тонкую льняную ткань с дахраарской вышивкой.

— Мой платок, — шепчу почти благоговейно. — Ты и его хранишь?

— Это же подарок.

— Рай, ты не представляешь, сколько это значит! — восклицаю я, подбегая к креслу. — Это же мой лёфт!

Протягиваю руку, чтобы коснуться ткани, но тут же одёргиваю и качаю головой. Райден подходит ближе.

— Забери, если он тебе нужен.

— Нет. Лёфт не забирают, это неправильно. Пусть будет у тебя.

— Ты так загадочна, — улыбается он. — Ох уж эти дахраарские традиции. Всегда были для меня непостижимы.

— Это куда серьёзнее, чем традиции, — возражаю я, наблюдая за ним искоса.