Книга Измена. Месть подают холодной, страница 121 – Рита Ардея

— Что нужно сделать?

— Ты… согласен? — удивляюсь я.

— Отдать часть магии на спасение твоего ребёнка? Почему ты вообще спрашиваешь? — вскидывает брови он. — Даже будь это ребёнок совершенно чужой мне женщины, я бы не мог оставить его медленно задыхаться от собственной силы. Но Ингвар для меня, считай, родной. Ведь он твой.

— Спасибо, — шепчу я, прижимаясь к нему.

— Простым спасибо тут не отделаться, — притворно вздыхает он. — Ты должна мне как минимум руку и сердце.

— Дай мне для начала всё же официально развестись, — смеюсь я. — Подождёшь?

— Конечно. Я очень терпеливый.

Взявшись за руки, словно влюблённые школьники, мы догоняем остальных в оранжерее. День проходит восхитительно. Райден и Веспула, конечно, отвлекаются на работу — Рай всё же ректор, а Веспула потихоньку готовит ритуал. Но всё равно большую часть дня мы проводим вместе, как большая, пусть и очень странная семья.

Не хватает только Руби, но когда я спрашиваю, нет ли от неё вестей, я получаю лишь загадочное молчание в ответ. Можно было бы обеспокоиться, но настроение у всех отличное. Вряд ли Рай стал бы вести себя так легкомысленно, если бы у Руби были проблемы. Значит, и она скоро прибудет.

Вечер становится для Ингвара особенно волнительным. Райден не ошибся: небо усыпано звёздами, воздух морозен и невероятно свеж. Рай сажает Ингвара себе на плечи, и мы вместе бредём на самый верх башни. Лисса остаётся помогать Веспуле с подготовкой ритуала.

Перед нами лежит бескрайнее небо. Опасливо кошусь на огромное приспособление с зеркалами и огромными линзами. Представляю, сколько учёных и магов участвовали в его создании, и мне не по себе, а вот Ингвар в полном восторге.

— Думаю, он был создан специально для тебя, — усмехается Рай.

— Почему?

— Видишь ли, настройки этого телескопа осуществляется через расширение и сужение металла, что двигает линзы. Для этого мы используем кристаллы, заряженные огненной и ледяной магией. Тебе же они не понадобятся. Когда ты научишься регулировать свою силу, то сможешь своими руками настраивать телескоп точнее, чем любой астроном в Академии.

Я опускаюсь на диванчик и прикрываю глаза. Не знаю, как остальные, а меня две бессонные ночи подряд совершенно сморили. Не замечаю, как под мирную беседу Райдена и Ингвара на меня нападает дремота. Мои мальчики тут же понижают голоса, понимая, что мне надо отдохнуть. Мне предстоит ещё долго оправляться от последствий отравления огнём.

— Видишь, вот там шестая звезда? На самой макушке неба. До полуночи она всегда указывает на восток, а после — на запад, потому по ней можно ориентироваться.

— Да, это созвездие осы? И звезда эта…

— Веспула. Путеводная звезда, что укажет дорогу заблудшему. Нашу Весс так назвала сама махарани.

— А рядом есть созвездие козы?

Они тихонько смеются.

— Давай поищем.

Мне хочется улыбнуться, но сон не отпускает. Тихонько трещат шестерёнки в механизме огромного телескопа.

— Дядя Рай, — вдруг серьёзным голосом говорит мой сын. — А ты маму любишь?

— Да, — просто отвечает мой дракон, но я чувствую лёгкое напряжение в его голосе.

— Это хорошо. Она радая такая. Дома ей всегда было грустно. Только… ты не заставляй её грустить, как папа, ладно?

— Я тебе клянусь, Ингвар.

— Всеми-всеми звёздами?

— Всеми-всеми.

Ледяные драконы не плачут. И всё же сквозь сон я чувствую, как сбегает по щеке и падает на плечо одинокая слезинка.