Книга Связанные ненавистью. Жестокая академия, страница 110 – Анастасия Милославская

Дверь кабинета отворяется.

Я неохотно поднимаю лицо, отпуская сестру, но продолжая держать её за холодную, слабую руку. Всё это время Аэлла никак не реагирует, продолжая бессмысленно смотреть в окно.

Входит лекарь.

Это мужчина средних лет, слегка полноватый, с доброй, располагающей улыбкой. У него седеющие волосы на висках и пышные, ухоженные усы, которые придают ему вид сказочного добряка. За стёклами круглых очков его глаза проницательно сверкают.

— Добрый день, — голос лекаря оказывается мягким и глубоким. — Мисс Эйвери, рад вас видеть. Мисс Морр, рад знакомству. Я лекарь Мейсон. А это, должно быть, ваша сестра, Аэлла?

— Да, это она, — отвечаю, всё ещё держа её руку.

— Что ж, мисс Морр, — мягко начинает лекарь, присаживаясь на стульчик напротив Аэллы. — Мне нужно знать всё. Что именно произошло, что стало причиной подобного состояния и как долго оно длится?

Администратор Арчибальд и помощница лекаря бесшумно выходят, деликатно прикрыв за собой дверь. А вот мисс Эйвери остаётся. Она садится в изящное кресло у стены, скрестив ноги, и безучастно глядит на происходящее.

У меня пересыхает во рту. Рассказывать всё в подробностях при постороннем, да ещё и при Эйвери…

Но это необходимо.

— Сестру изнасиловали, — тихо, но твёрдо произношу я. — Она была девственницей. У Аэллы всегда был мягкий характер, она очень… очень чувствительная.

— Хм. Значит, насилие, — лицо лекаря Мейсона на мгновение омрачается. Он двигается ближе к Аэлле, которая всё так же не реагирует.

Лекарь достаёт из кармана тонкий серебристый прибор, похожий на карандаш, и аккуратно подносит его к её запястью. В воздухе на мгновение вспыхивает тусклая магическая схема. Артефакт считывает пульс, давление и активность мозга.

— Сначала её заставили раздеться, — мой голос дрожит, но я заставляю себя говорить, — перед мужчинами. А потом… изнасиловали. Я думаю, это сделали несколько мужчин.

— Хм. Понятно. Это вполне могло стать причиной подобного состояния. Моё сочувствие, — бормочет он.

Лекарь явно поражён и шокирован, но отчаянно старается держаться профессионально. Я мельком смотрю на мисс Эйвери. Она выглядит заинтересованной, но никак не сочувствующей. Скорее, для неё это какое-то занимательное представление.

Лекарь Мейсон откладывает артефакт.

— Она человек, а не дракорианка. У вашей сестры слегка снижена частота пульса, понижено давление и активность мозга. Но в целом тело здорово. Есть некоторое истощение, это видно, и мышцы, очевидно, ослаблены. Сколько она в таком состоянии?

— Год, — выдыхаю я.

— Год?! — его добрые глаза округляются. — Как её лечили?

— Мама покупала какие-то лекарства… Мы водили её к знакомому лекарю. Он прописал водные процедуры в горячих источниках и… кажется, всё.

— Мисс Морр! — он возмущённо всплёскивает руками, его добродушие испаряется. — Нужно было начать лечение сразу же! То, что вы описали, это… это просто уму непостижимо! Год!

— У нашей семьи нет денег, лекарь Мейсон, — смущённо, но в то же время с вызовом отвечаю я.

Его возмущение мгновенно гаснет.

— О… простите. Сейчас всё за счёт нашего госпиталя, не волнуйтесь. Мы всегда готовы помочь другу мисс Эйвери, она наша благодетельница, — Мейсон кашляет в кулак, пытаясь сгладить неловкую ситуацию. — Кхм. Что ж. Попрошу вас выйти. Мне надо осмотреть вашу сестру как следует.