Книга Резонанс любви, страница 78 – Роберт Фадер

— И у вас тоже.

Это был почти комплимент.

Наталья решила, что пока не готова его принимать.

Третий остров находился дальше. До него пришлось бежать по золотому переходу, потому что тот начал рассыпаться с краёв. Каменные куски, освещённые снизу, кружились вокруг, как медленные метеоры. Один фрагмент колонны пролетел рядом с Луисом так близко, что он едва успел пригнуться.

Капитан схватила его за рукав и рывком потянула вперёд.

— Быстрее!

Наталья это увидела.

Разум снова сказал: она спасает ему жизнь.

Сердце ответило: могла бы держать его чуть менее уверенно.

Она ускорилась, почти догнала их, и в этот момент переход под ней погас.

Луис резко обернулся.

— Наталья!

Она не успела испугаться. Только почувствовала, как воздух исчезает под ногой.

Потом грифон ворвался между островами.

Его крыло сверкнуло золотом, лапы подхватили край перехода, а Наталья прыгнула — не вниз, не назад, а вперёд. Луис протянул руку. Она схватилась за неё, и он вытащил её на каменную платформу с такой силой, что она почти упала ему на грудь.

Несколько секунд они стояли слишком близко.

Очень слишком.

Капитан отвернулась первой.

Наталья заметила это.

Луис тоже.

Грифон опустился рядом и недовольно щёлкнул клювом, явно выражая мнение о людях, которые сначала спорят, потом падают, потом смотрят друг на друга так, будто катастрофа подождёт.

— Спасибо, — сказала Наталья.

Луис всё ещё держал её за руку.

— Вы в порядке?

— Да.

Он не сразу отпустил.

Она тоже не сразу забрала руку.

Потом капитан сухо произнесла:

— Если романтическая пауза закончена, у нас новый остров.

Наталья резко отступила.

— Это была не романтическая пауза.

— Конечно.

Луис тихо сказал:

— Это была аварийно-спасательная пауза.

Наталья посмотрела на него.

— Не помогайте.

Третий остров был страннее предыдущих.

Это был не музей и не театр. Скорее фрагмент старого городского дома: часть фасада, кусок двора-колодца, лестница, висящая без подъезда, дверь, ведущая в никуда, и окно, за которым горел тёплый свет. На подоконнике стояла чашка. В воздухе пахло кофе, пылью, дождём и чьим-то ожиданием.

— Здесь кто-то жил, — сказала Наталья.

— Все эти места кто-то проживал, — ответил Луис. — Просто не везде это так слышно.

Окно дрогнуло.

За стеклом появилась тень женщины. Потом мужчины. Потом ребёнка. Они исчезли так быстро, что Наталья не успела рассмотреть лица.

— Что это за узел? — спросила она.

Капитан стала серьёзнее.

— Бытовая память. Очень крепкая. Такие места редко поднимаются сами по себе. Дмитрий начал цеплять не только большие символы, но и то, что удерживает город изнутри.

— Квартиры? Дома? Людей?

— Их следы, — сказал Луис. — То, что остаётся после жизни.

Наталья почувствовала холод.

До этого всё казалось страшным, но почти сказочным: дворцы в небе, театры, музеи, золотые лучи. Теперь она вдруг поняла: если Дмитрий продолжит, он украдёт не только парадный Петербург. Он доберётся до кухонь, писем, старых кресел, забытых фотографий, разговоров у окна. До того, что делает город живым не для туристов и не для карт, а для тех, кто в нём просыпался, любил, ссорился, ждал и возвращался.

— Нет, — сказала она.

Луис посмотрел на неё.

— Наталья?

— Нет, — повторила она. — Он не имеет права.

Остров под ногами ответил мягким толчком.