Книга Волны любви: Крепость в полумраке, страница 57 – Роберт Фадер

Наталья снаружи шепнула:

— Я люблю тебя.

Луис услышал.

Пальцы легли на клавиши иначе.

И вся мелодия повернулась.

Не к бункеру.

Не к устройствам.

Не к приказам.

К ней.

К Вердеграду.

К свету, который они однажды вместе разбудили.

Розовая волна прошла по роялю. Потом бирюзовая. Потом обе соединились, но уже не как послушная энергия, которую можно направить в оружие. Они зазвучали как память о любви, о доме, о живой крепости, о людях, которые отказались стать толпой испуганных беглецов.

Призрачные солдаты отступили.

Один закрыл лицо руками.

Другой упал на колено.

Третий закричал, но его крик рассыпался в воздухе, как пепел.

Всадник резко обернулся.

— Что происходит?

Луис продолжал играть.

Теперь уже с болью.

С отчаянием.

С такой страстной силой, что сам зал начал дрожать.

Тёмные приборы вокруг рояля один за другим трескались. Кабели вспыхивали. Чёрные кристаллы покрывались розовыми прожилками, будто любовь входила в них как свет в лёд. Стены бункера застонали. В углах поднялся туман, но теперь он не сгущался, а распадался.

Снаружи солдаты у ворот начали исчезать.

Не мгновенно.

Сначала их края становились прозрачными. Потом лица теряли форму. Потом мундиры рассыпались в серый дым. Они пытались держать строй, кричали друг другу команды на французском, но голосов становилось всё меньше.

— Tenez bon!

— Ne reculez pas!

— La forteresse…

Но крепость уже не слушалась их.

Мрачные стены пошли трещинами. Чёрный камень терял плотность. Башни дрожали, словно оказались не каменными, а нарисованными на тумане. Красный свет сменился тусклым, потом погас.

Наталья открыла глаза.

— Сейчас, — сказала она. — Вперёд!

Виктор сразу понял.

— Все за мной!

Автобус резко двинулся к воротам. За ним — остальные машины. Люди не бросались слепо в бой. Они ехали сквозь распадающийся строй, сквозь туман, сквозь исчезающие силуэты. Солдаты пытались остановить их, но руки проходили сквозь металл автобуса, а сами они таяли от звука, который всё громче доносился изнутри крепости.

Лис стоял у передней двери автобуса, уцепившись лапами за поручень.

— Вот теперь это действительно общественный транспорт с характером!

Наталья не улыбнулась.

Она смотрела только вперёд.

Туда, где за исчезающими стенами был Луис.

Внутри тёмной крепости началась паника. Уже не среди пленных, не среди простых призраков, а наверху — среди тех, кто считал себя командованием. В глубине коридоров мелькали люди в тёмных костюмах, офицеры, фигуры без ясных лиц, те, кто наблюдал за Вердеградом на экранах и думал, что всё рассчитали.

Теперь они бежали.

Всадник стоял у рояля до последнего.

Он смотрел на Луиса с ненавистью и холодным удивлением.

— Ты не понимаешь, что делаешь.

Луис продолжал играть.

— Понимаю.

— Это не закончено.

Луис поднял на него глаза.

— Для тебя — возможно.

Снаружи раздался шум.

Голоса.

Шаги.

Наталья.

Всадник резко повернулся к выходу. На мгновение он увидел её в проёме разрушенного коридора: рыжевато-каштановая коса, бледное лицо, глаза, полные слёз и света, руки у сердца, а за её спиной — люди Вердеграда.

И тогда он отступил.

Не как побеждённый окончательно.

А как тот, кто запомнил лицо врага.

Он посмотрел на Наталью так, будто говорил без слов: это ещё не конец.

Потом вокруг него поднялся чёрный дым, и он исчез вместе с несколькими фигурами из военной верхушки. Не растворился, как обычные призраки. Ушёл. Сохранил себя. Спрятался.