Книга Преданная. Любовь и долг, страница 142 – Лия Султан

— Ну рассказывай, — я смотрю на неё с нетерпением.

Лааль опирается на трость и уже уверенно с ней справляется. Сразу после нашей свадьбы она упала с лестницы в спортклубе и получила перелом позвоночника. Когда скорая ее забирала, она позвонила именно мне, и я рванула в больницу. Я впервые видела свою активную, задорную и веселую подругу в таком состоянии. Но она еще как-то умудрялась шутить сквозь боль и слезы.

— Что у тебя нового? Ты светишься.

— О, у меня есть что рассказать, — она садится напротив, пододвигает стул поближе. — У меня новый роман.

— Да? — я поднимаю бровь. — И кто он?

— Мой реабилитолог.

— Уау! Серьёзно?

— Ну да, серьёзно, — машет она рукой. — Скажем так, он не только поставил меня на ноги.

— Какая героическая профессия, — говорю я искренне.

— Боже, — она прикрывает ладонью глаза, — ты бы видела… там всё героическое.

Я смеюсь, прижимая руку к губам.

— Too much information, Лааль.

— Ничего, — она подмигивает. — Ты же моя подруга. Ты должна знать все подробности.

— Окей, — я устраиваюсь поудобнее на кресле, положив руки на живот. — Рассказывай.

— Во-первых, он младше меня на пять лет. Ему тридцать четыре. Ничего не могу с собой поделать.

— Лааль, — я качаю головой, — у меня разница с мужем тринадцать лет. И я никогда не была так счастлива. Разница в возрасте - совсем не главное.

— Иногда мне тоже хочется замуж, чтобы говорить всем «мой муж». Но когда я думаю о потере свободы, меня быстро отпускает.

— Возможно, когда-нибудь ты влюбишься так, что тебя уже не отпустит, — говорю я тихо.

Она отмахивается.

— Ой, нет. Пока мне хорошо. Я лежу, он работает. В прямом и переносном смысле. Если ты понимаешь, о чём я.

Смеюсь от её формулировок, которые я, конечно, понимаю. Её я умею читать между строк.

Протягиваю руку и касаюсь её ладони.

— А ему ничего за это не будет

— Нуу, — ее губы сворачиваются в трубочку и она загадочно смотрит на меня, — мы шифруемся, потому что да, если узнает его руководство, то это пи**ец, как плохо.

— Ой-ой, —качаю головой.

— Ладно-ладно, — смеется она. — Взрослые же люди.

Мы проводим вместе три часа и всё равно не можем наговориться. Сегодня суббота, но Тамерлан работает и ещё предупреждает, что заедет к Касыму. Каждый раз, когда он упоминает бывшего свёкра, я радуюсь, что у них всё хорошо и они продолжают общаться не только по работе.

Вечером дома традиционно тихо. Наверное, это пока не родится ребёнок. После мы ещё будем скучать по этой благословенной тишине. Аиша как настоящий подросток закрылась в своей комнате, скорее всего, врубила музыку в наушниках и сидит в телефоне. Позволяю ей это спокойно, потому что учится она на отлично.

Особых домашних дел у меня нет, поэтому я просто лежу на диване, укрывшись пледом, и смотрю влог на Ютьюбе об уходе за младенцами. За шестнадцать лет я, оказывается, всё забыла.

Тамерлан приходит, когда я уже клюю носом, но всё равно, услышав его шаги, просыпаюсь. Он стоит надо мной и улыбается:

— Хотел уже тебя взять на руки и унести на кровать.

Тамерлан садится на корточки и смотрит мне в глаза.

— Я тяжёлая, — погладив пальцами его щёки, тянусь за поцелуем, а после приглашаю его сесть рядом.

Моя любимая поза на этом диване — когда муж садится, а я кладу голову на его колени. Он гладит меня по волосам, проводит костяшками пальцев по скулам, кладёт ладонь на живот и ждёт, пока наш сын не начнёт пинаться.