Книга Ковчег Иуды, страница 210 – Андреас Грубер

Кёрнер шагнул назад и споткнулся о толстый корявый ствол, лежавший на полу. Он удержался на ногах, но Сабриски оказалась быстрее. В следующее мгновение она уже стояла перед ним. Её губы тронула тонкая улыбка.

— Совсем не рад встрече?

— Я видел, как ты умерла, — прошептал Кёрнер.

— Смотрю, ты уничтожил машину. — Она глянула ему через плечо. — Тихо у тебя не вышло. Мы услышали шум и сразу поняли: это мог быть только ты.

Мы? Кёрнер сжал кулак, готовый ударить. Существо перед ним не могло быть Яной.

— Тебя убили. Ты мертва!

— Мы не умираем. Мы преображаемся.

Если Сабриски смогла найти его здесь, внизу, значит, смогут и те другие, что отправили её в подземелье. Вопрос только во времени: когда он попадёт к ним в ловушку. Или уже попал?

Во всяком случае, ход к деревенскому колодцу всё ещё существовал. Сабриски не выглядела так, будто пробиралась за ним по корневому тоннелю, по которому он сам полз несколько часов.

— Сабину Крайник не преобразили — её убили! — Кёрнер вспомнил протокол вскрытия. — Её позвоночник раздробило изнутри. Литр крови хлынул из разорванного спинномозгового канала. Ты сама видела, чем это закончилось: Сабина, Карина и Матиас Крайник. Или ты уже и этого не помнишь?

Сабриски чуть склонила голову набок.

— Это были несчастные случаи, — холодно ответила она. — Дети страдали раком костного мозга. Опухолевые клетки распространились по всему телу. Метастазы — яд для сыворотки.

— Какой ещё сыворотки?

— Существо питается нашим костным мозгом и мозговой жидкостью. Сначала оно забирает всего один-два миллилитра ликвора, позже — и десять. Всё зависит от того, как быстро оно растёт и насколько голодно. После первого контакта у тебя пять часов зверски болит голова. Кажется, череп вот-вот разорвёт. — Сабриски помассировала виски. — Взамен оно впрыскивает в тело галлюциногенную сыворотку: солевой раствор с серосодержащей аминокислотой, чем-то вроде «Флуимуцила».

— Серная вонь, — вспомнил Кёрнер. — Откуда ты всё это знаешь?

— Я врач.

— Чушь! С тобой говорил Вебер!

— Возможно. — Она продолжила невозмутимо, словно не услышала его. — Процесс завораживает. Он стимулирует выработку глутаминовой кислоты в огромных дозах. Это пища для центральной нервной системы. — Она постучала пальцем по лбу. — Но на самом деле сыворотка куда сложнее, чем ты когда-либо сумеешь понять. Она уникальна. Она вызывает фантастические видения городов и ландшафтов под землёй — тех областей, где обитает Существо.

Она протянула к нему руку.

— Разве ты не хочешь их увидеть?

Кёрнер отступил на шаг.

— Я уже знаю эти видения. Больные города и безумные ландшафты. Такие же больные и безумные, как деревенские. Эти убийцы! Что они с тобой сделали?

Сабриски улыбнулась. В слабеющем свете фонаря тени исказили её лицо, превратив его в гримасу.

— Они не убийцы. У них не было выбора. Их избрали. В Грайне это уже однажды началось — в 1864 году. Но потом прекратилось. Люди ещё не созрели для такого дара, не понимали его, боялись. Никто не знает, почему почти семьдесят лет назад всё началось снова — сильнее, шире, мощнее. И на этот раз Существо уже было не остановить. Оно взяло энергию, которая ему требовалась, и разрослось до чудовищных размеров.

— Как оно может нападать то в Грайне, то в Хайденхофе?