Книга Коко Шанель, страница 123 – Виктория Балашова

Что касается моды, то дефиле организовали на террасе Клуба птиц и в павильоне Элегантности, где выставлялась секция дамских нарядов. Шанель, конечно, принимала в нем участие. Сохранилось множество набросков самой Габриэль и ее моделей, сделанных художником Кристианом Бераром. На них мы видим летящие, воздушные, открытые платья с вуалью на шляпах или спущенной на обнаженные плечи. Не обошлось и без затейливых украшений: большие браслеты на тонких запястьях, ожерелья, серьги — все это великолепно подчеркивало наряд, который представлял собой им полную противоположность. Художнику удалось передать самую суть предвоенной моды, яркой, но при этом лишенной тяжеловесности. Берар приобрел известность как художник сюрреалистического направления, первая выставка этого истинного эстета прошла, когда ему было всего 23 года, в галерее «Пьер» в Париже. Позже он работал в качестве иллюстратора для Эльзы Скьяпарелли, Нины Риччи и Коко Шанель.

В секции «Дамские наряды» представлялись не только платья, но и парфюмерия, меха, аксессуары, шляпы, перчатки, сумки. Основным организатором секции, отвечавшим за ее подготовку и функционирование, была семидесятилетняя Жанна Ланвен — еще одна знаменитая француженка-модельер. Интересно, что еще в 1907 году эмблему ее Дома рисовал не кто иной, как Поль Ириб. Дом моды Ланвен, располагающийся неподалеку от Дома Шанель, является самым старым Домом мод, работающим по сей день. Итак, мадам Ланвен взялась за дело. Ее стиль чувствовался повсюду: она сразу поставила условием то, что все секции павильона будут сведены в единое целое, в частности не будет разделения на «мужскую» и «женскую» половины. Официальный гид по выставке описывал этот раздел следующим образом: «От самого входа создается впечатление свежести и легкости: стены выкрашены в небесно-голубой цвет. Вся концепция — изысканная, под стать Парижу, городу непревзойденной элегантности. Гость чувствует, что попал в город мечты. Чтобы нарушить монополию обычных выставок, на этой выбор сделан в пользу привлекательной и артистичной презентации нарядов и мехов. Манекены терракотовых оттенков воспроизводят жизнь женщины, ее реальный силуэт». Голубой был любимым цветом Жанны Ланвен, чтобы добиться нужных оттенков голубого, она начала красить ткани, для чего даже открыла специальную фабрику.

Шанель не получила на выставке наград, но произвела впечатление. Она всюду появлялась под руку с Кристианом Бераром. Ее платье было таким воздушным, что все спрашивали, что это за бледная пена, что за цветочное облако, обернувшее бедра Габриэль. Легкость была одним из ее секретов. Габриэль выставляла ее напоказ, словно вызов, словно колдовство, секрет которого был ведом ей одной. Нет, она не позволит свалить себя — и она прогуливалась по улицам Выставки в дымке органди, с диадемой из цветов, как Диана с полумесяцем, охваченная желанием победить. Если бы не контраст между веселым взглядом и подобием улыбки, которая выдавала такую горечь, что хотелось плакать, можно было бы подумать, что Габриэль излечилась. Но до этого было далеко: она просто скрывала свои чувства. Летом 1937 и 1938 годов она ездила в «Ла Паузу», где принимала гостей: Мисю, Реверди, Сальвадора Дали. Последний не раз бывал в «Ла Паузе» и даже имел там студию — в розовом домике в глубине сада. В Монте-Карло пытались возродить «Русские балеты». Отдавая дань своему долгому «славянскому» периоду, Габриэль приехала и туда, повидать старых друзей, снова встретиться с великим князем Дмитрием.