Онлайн книга «Настоящая фантастика 2012»
|
— Всем пилотам – сбор! Связи – готовность! Стервятника – в ангар восемнадцать! В каюте он, сволочь, отсутствует! Две минуты! Разыскать! Доложить! — Так точно, господин генерал! Создание прижало палец к губам. Взглянуло на таймер. Из отведенного срока прошла минута. Снова активировало микрофон и так же бодро и ответственно доложило: — Товарищ генерал! Ваше приказание выполнено! Стервятник на связи! Ай да молодец! Ну-ка, ну-ка… — Почему так медленно! – рыкнуло из динамика. Пришла моя очередь. — В сортире сидел, товарищ генерал! Почему-то сортирный аргумент действует на них расслабляюще. — Молодец! Я? За что? — Бегом в ангар восемнадцать! Все процедуры на ходу. Готовься… Он что-то буркнул в сторону от микрофона, но я расслышал. — …к двадцати «же». Зато стало ясно насчет сортира. Действительно, на двадцатикратную перегрузку лучше идти, так сказать, пустым. Жаль, что я действительно не сидел все это время в сортире. Одевался я на ходу, причем в коридоре. Зрелище сонного полуодетого пилота в туннеле привычно и не впечатляет. Смешит разве что. А еще больше веселит семенящая рядом девица из юротдела с пакетом бумажек в планшетке. — Инструкция по технике безопасности, пожалуйста… Если я разобью лоб о комингс, мой непосредственный начальник скажет «я ни при чем, вот его подпись!» – и будет прав. — Декларация о непредъявлении претензий… А теперь, если вдруг окажется, что доблестный космофлот распустил технарей до такой степени, что моя тачка сразу после запуска двигателей накроется – мои наследники не смогут подать в суд на уважаемого товарища президента. — Расписка в получении НАЗа… В неприкосновенном запасе спрятано много всякого интересного. Подразумевается, что в случае непредвиденной посадки (например, с парашютом) я скажу подбежавшему аборигену: — Эй, камрад, тут у меня триста грамм золота! Спрячь меня и сообщи моему командованию, получишь еще столько же! Или, если абориген выглядит как китаец, ткну пальцем в надпись на его языке. Надписей девятнадцать, и подразумевается, что уж один-то из девятнадцати языков он знает. Все пилоты, вернувшиеся таким образом, бодро рапортовали о том, что золото израсходовано по назначению, однако от второй части абориген отказался и своего адреса не оставил. Впрочем, некоторые, говорят, и пистолет умудрялись продать. — Подписка… Стоп! Все-таки сволочи эти юристы, пусть даже военные. Так и норовят подсунуть всякую подозрительную бумажку понезаметнее. «Подмахните, pleeeeeeease…», а потом оказывается, что это было согласие на самоубийство в случае аварийного завершения миссии. И прямо сейчас технари срочно меняют в катапульте пороховой заряд на тротиловый. И в случае его применения пилот летит не вверх, а в стороны. В разные. По частям. — Подписка о неразглашении… Тю. Да на мне их штук десять висит! — А такой еще нет… БОЖЕ! Куда меня посылают! И ведь попробуй не подпиши. Ангар. Комбез. Руки в стороны. Технари – и-раз! и-два! Затянули. Пряжки. Кто так пряжку фиксирует! Лопухи! На двадцати «же» она меня насквозь пройдет и в кресло упрется! Парашют. НАЗ. Шлем. Проверка связи. Готов, товарищ полковник. Сходил, товарищ полковник. Есть пассажир, товарищ полко… кааакой еще пассажир? Понял, товарищ полковник! ТАКТОЧНОТОВАРИЩПОЛКОВНИК! |