Книга Настоящая фантастика 2012, страница 28 – Алексей Бессонов, Андрей Дашков, Степан Вартанов, и др.

— Да, да, – терпеливо кивнул Роберт. – И вы заберете все катера с собой. А что будет с остальными пассажирами «Нового Рассвета»?

Доминик пожал плечами.

— Я не знаю, где Ареопаг взял катера, – ответил он. – Но мы все видим, что продуктивность жизненных систем Корабля падает. Скорее всего, они не смогут создать новые и останутся торчать здесь.

— Пока Корабль не развалится окончательно, – заметил Волков.

— Я тоже так думаю, – кивнул Роберт. – Но, ребята, а как же все остальные жители Корабля?

— Нашел, о ком беспокоиться, – презрительно ответил Эйс Штильнахт и выразительно помахал культей.

— Я понимаю вас, – произнес Роберт медленно. – Но я не могу поступить так, как вы. Ареопаг выжимает из вас все соки. Но, кроме Ареопага, на Корабле находится шесть миллиардов ни в чем не повинных людей.

В комнате наступила тишина.

— Что ты предлагаешь? – спросил Доминик опасно спокойным голосом.

Роберт мягко улыбнулся.

— Я – нервожил третьего класса, – сказал он. – Пассажирский лифт в этом секторе отрезали сразу после того, как вы пришли сюда. И мы все знаем почему. Но я могу вырастить новый лифт.

Пятерка руководителей ошарашенно молчала. Ансон обвел их взглядом и закончил:

— Лифт, который приведет нас в рубку контакта с мозгом Корабля. Вы понимаете, я с ним… общался. Корабль знает то же, что и вы. Он страдает от того, что не может закончить программу. Все, что ему нужно, – это чтобы кто-то сказал ему: «Да. Действуй». И сразу запустится производство спускаемых аппаратов. Эту команду уже никто не сможет отменить.

— Да ты с ума сошел! – возмутился Эйс Штильнахт. – Это верная смерть!

— А казачок-то засланный, – сказал Игорь Волков.

Глаза его мерцали, как два Хрустальных Цветка – холодно и опасно.

— Доминик, кого ты к нам привел? Центровые обрубили нам лифты, чтобы мы не могли добраться до них. Но и они не могут теперь добраться до нас! А ведь тебя ищут, Доми. Ты знаешь, что они хотят уничтожить нас всех. И мы придем прямо к ним. Кушать подано! На блюдечке с голубой каемочкой!

Доминик резко повернулся и схватил Игоря за горло. Тот издал булькающий звук.

— Я ему доверяю, – произнес Доминик.

Слова его падали, как куски ломающейся Обшивки на пол отсека.

— Я понял, – просипел Игорь.

Доминик отпустил его.

— А во-вторых, еще никто никуда не идет, – добавил Доминик. – Роберт теперь знает о наших мечтах и рассказал нам о своей.

Стогов перевел взгляд на Роберта.

— Прости, – сказал Доминик. – Но я не верю тем, кто заботится обо всем человечестве сразу. Видел уже таких.

— А никто и не мешает ему сочетать приятное с полезным, – вмешалась Кассандра. – Ведь у Роберта там друзья и семья. Родители. Любимая. Даже, может быть, дети. Кто-нибудь из вас спросил его, что он оставил в центровых отсеках? Нет. Мы сами виноваты, что не подумали об этом. Ведь наши семьи с нами. И я, например, никогда не оставлю своих детей. Даже если мне предложат взамен место в Ареопаге. И тому человеку, кто сможет это сделать, не место на Надежде.

Ободренный неожиданной поддержкой, Роберт улыбнулся.

— Ты уже тогда все решил, да? – спросил Доминик. – На Обшивке? Я сейчас вспомнил. Ты ведь не согласился со мной. Ты сказал, что меня понимаешь.

Роберт смущенно кивнул.

— Но есть еще кое-что, – произнес Кумар Вашья.