Книга Вино с нотками смерти, страница 65 – Виктория Балашова

— Простите, господа, великодушно. Однако я не рассчитывал на такое продолжение. Мне в любом случае надобно уходить: назавтра, рано утром пойду к себе в Ясную Поляну. И так Москва мне опостылела, а подобное происшествие еще больше меня уверило в правильности принятого решения. Если я понадоблюсь полиции, пусть идут в мое имение.

— Пойдете? — встрепенулась Ольга Михайловна. — Вы сказали, что пойдете в Ясную Поляну. Пешком?! — Она во все глаза смотрела на бодрого старика — живого классика русской литературы, забыв про лежащее напротив проколотое тело герцогини.

— Да, пешком, дорогая моя, — ласково произнес Лев Николаевич. — И вам для тонуса советую не на спиритические сеансы ходить, а дышать свежим воздухом и ходить пешком. Тем более, тут такие вещи происходят. Вас, вроде, Ольга Михайловна зовут?

— Да, — кивнула растерявшаяся вконец Оля.

— Приглашаю вас, извольте, в любое время, в гости в Ясную Поляну. С женихом вашим пожалуйте, пока погоды еще стоят теплые. Ну а вам, господа, всем до свидания. Леопольд Вольдемарович, голубчик, попросите любезно вашего Герасима найти мне извозчика до Хамовников.

С врачом граф Толстой столкнулся в дверях. Они раскланялись, и врач быстро подошел к герцогине.

— Жива, — бегло проведя осмотр, сообщил он. — Рана, слава богу, неглубокая, думаю, благодаря твердому корсету, в который воткнулся кинжал. Помогите мне, господа. Надо ее положить на бок на пол, я постараюсь остановить кровь, осторожно вынув нож.

Врач все сделал быстро и ловко. Оказалось, он служил когда-то в военном лазарете и делал подобные перевязки по сто раз на день. Герцогиню перенесли в спальню. Доктор вколол ей лекарства и обещал, что она, проспав несколько часов, будет чувствовать себя гораздо лучше. Гости, столпившиеся вокруг кровати несчастной, пошли обратно в спиритическую комнату.

На полу лежало тело князя Гагарина! Ольга Михайловна вскрикнула и вцепилась в руку Германа Игнатьевича. Из спины князя торчал тот же самый кинжал, который недавно, со всеми предосторожностями, вынули из спины герцогини. Врач поместил его на салфетку, услужливо протянутую Герасимом, и положил на треклятый стол. И вот кто-то воткнул его теперь уже в спину князя… Врач вздохнул и быстро осмотрел Григория Ивановича.

— Этот мертв. Вам придется вызывать полицию и срочно! Если с герцогиней де Бельфорд вы могли меня попросить подождать до утра, то в данном случае я подобную ответственность на себя брать не собираюсь. — Врач захлопнул свой саквояж и гордо уселся на дальний от свежего трупа стул.

Берг вздохнул и отправил постоянно в тот вечер куда-то бегавшего по срочным поручениям Герасима за полицией.

— Что ж, господа, доктор прав. Нам следует всем остаться здесь до прибытия полиции. Лев Николаевич вряд ли в чем-то виноват. Думаю, нас простят великодушно за то, что мы его отпустили.

— То есть, мы в чем-то виноваты, так получается?! — вскипел граф Сиверс.

— Что вы, что вы! — Берг замахал руками. — Никто никого ни в чем не обвиняет, но придется остаться покамест…

Тут Герман Игнатьевич, кстати или некстати, вспомнил про пропавший фолиант, про который как-то в суете и подзабыли.

— Еще и фолиант пропал. Надо бы полиции про него сказать, чтобы начали разыскивать заодно уж.

На мгновение Герману показалось, что на лице графа Берга мелькнуло недовольство, но, если и так, он быстро скрыл это от посторонних глаз.