Книга Общество самоубийц, страница 16 – Рэйчел Хэн

— Понятно, — Тодд медленно кивнул.

Лия видела, что ничего ему не понятно, но все равно взяла холст и решительно протянула:

— Вот, возьми. Хочу тебе подарить.

— Я не могу это принять! — воскликнул Тодд.

Но Лия не шевельнулась, и он осторожно взял у нее картину, стараясь не касаться влажно поблескивающей поверхности.

— Очень красиво, — сказал он, собравшись с духом. — Спасибо.

Лия поцеловала его, раздвинув губы, будто собираясь пить через соломинку, и игриво подведя язык к краю зубов. Она всегда так целовала Тодда, поглаживая руками мускулистую сильную шею и напоминая себе, что вот он, успех. Здоровый дух, здоровое тело.

Они занялись сексом на полу, посреди холстов и баночек с красками, источающими резкий химический запах. Бедра Лии скользили по холодному мрамору. Снаружи небо было затянуто тучами.

Какой срок жизни отведен человеку, становилось ясно в первые минуты после его рождения. Тесты проводили сразу — медики просто брали мазок из горла ревущего младенца. Родители, ожидая, как решится судьба их ребенка, ужасно нервничали. Иногда результаты приходили, когда мать впервые держала новорожденного на руках, глядя в его подернутые влагой, еще не совсем человеческие глаза.

Лии рассказывали, что с ней вышло именно так. Она сто раз слышала историю про то, как ее тестировали — как мать попросила врачей повторить проверку, результат вышел тот же, и она стала настаиватъ. чтобы повторили еще раз. Как ей резко ответили, что у них ошибок не бывает, а врач так обиделся, что его черные усы еще долго подергивались. Как мать все равно никак не могла поверить в результат. а в итоге разрыдалась, и ее слезы стекали по подбородку на безупречные круглые шечки новорожденной Лии. Как Лия приоткрыла крошечные розовые губки и впервые в жизни попробовала соль.

С Сэмюэлом, конечно, все было по другому. За сорок лет до рождения Лии. Тогда мать никак не от реагировала, приняла новости так. будто именно этого она и ожидала.

Сначала Сэмюэл, потом Лия. Уджу и Кайто дали детям настоящие, как им казалось, американские имена — имена, которые знаменовали начало новой эпохи в их жизни.

По мнению медиков, их семья оказалась уникальной. Один шанс на миллион. Время жизни, отведенное природой детям одних родителей, обычно почти совпадало и чаще всего имело ограничение в пределах века. Или побольше. Но каждый лишний десяток лет разницы между братьями или сестрами воспринимался как удар по всесильной теории вероятности. А чтобы один ребенок оказался долгоживущим, а другой нет — это выходило за рамки понимания ученых.

Иногда Лия думала, что человеческий генофонд не так уж велик, и если один ребенок в семье получает больше правильных генов, другому достается меньше. Может, она что-то украла у Сэмюэла? Но всерьез вдумываться о таких вещах Лия себе не позволяла.

— Доброе утро! — жизнерадостно пропела администратор, пока двери клиники плавно закрывались у нее за спиной. — Я скажу Джесси, что ты пришла. Подожди минуточку.

Другие клиенты, в основном женщины в узких юбках, деловито печатавшие что-то на планшетах, сидели в стильной приемной. Некоторые держали в руках бокалы с буровато-зеленым налитком холодного отжима, который продавался в овощном баре клиники. Массивные прилавки бара, сделанные из соснового бруса, белые картины в стиле дзен и бумажные фонари — все помогало со ставать у посетителей ощущение покоя.