Книга Великое расширение, страница 11 – Рэйчел Хэн

— Лещ, сам сообрази. Мы с Па каждое утро уже много лет выходим. Но остров появился, только когда мы взяли с собой тебя, – со значением проговорил Хиа.

— И чего?

— Злой дух к тебе липнет. И вообще на прошлой неделе Па сказал, что хорошим рыбаком тебе не стать.

Не успев сообразить, что делает, А Боонь бросился с кулаками на брата. Хиа с грохотом повалился на пол и ухватил Бооня за руки, изогнулся, уворачиваясь от ударов и ногтей.

Они уже много лет не дрались, а сейчас разница между ними существенно сократилась. Годы, проведенные за тасканием ведер из колодца и катанием тачки, придали мышцам А Бооня силы и упругости, хоть он и выглядел по-прежнему тщедушным. Сравнявшиеся в силах братья с диким шумом катались по полу, сбивали стулья и запутывались в полотенце, в которое прежде был завернут Хиа.

— Ай-ай-ай! Что это?! Ну-ка, прекратите!

Мальчики замерли, Ма воспользовалась моментом, ухватила каждого за ухо и разняла.

— Это Боонь начал! – пожаловался Хиа.

— Не ври, Ям, – не поверила Ма.

— Я никогда не вру! Мы просто болтали, а он словно сбесился! – возмутился Хиа.

— Что произошло, Боонь? – спросила Ма. – Пойдем, не плачь, садись.

Она потянула его за майку, там, где ткань во время драки порвалась.

А Боонь вытер лицо. Потом робко признался во всем: как задал Хиа вопрос, как Хиа заявил, будто Па не хочет брать его в море, потому что остров появился из-за него, а еще что рыбаком ему не стать.

Ма помолчала, а потом рассмеялась.

— Так и сказал? Ох, Ям, ну ты и чертенок. То и дело глупости говоришь!

Хиа скрестил на груди руки.

— Это Па сказал, – упрямо повторил он.

— Глупости. – Ма ласково потрепала А Бооня по волосам. – Ты больше не выходишь рыбачить, потому что мы с Па решили отправить тебя в школу.

Хиа молчал. А Ма добавила, что Бооня записали в школу в соседнем кампонге и что уроки начинаются через две недели.

А Боонь не знал, что и думать. Правда, некоторые мальчики из их кампонга ходят в школу, да. Но это считается большой роскошью, не для таких семей, как их собственная. Он всегда думал, что пойдет той же дорогой, что и Хиа, будет помогать отцу рыбачить и, возможно, скопит достаточно денег, чтобы хватило на собственную лодку. Какой смысл ему ходить в школу?

— Но зачем мне туда, Ма? Почему нельзя просто помогать Па и Хиа или тебе по дому? – спросил он.

В ушах у него продолжали звучать слова Хиа: “Потому что хорошим рыбаком тебе не стать. Потому что ты проклят”.

— У Па достаточно помощников, – только и ответила Ма, – ладно, хватит глупостей. Идите обедать. А ты, Ям, оденься.

Па ходил в школу всего два года, после чего разделил со своей матерью заботы о семье. Ма, подобно большинству женщин, образования вообще не получила. Дядя – единственный из них, кто окончил начальную школу и даже проучился немного в училище, поэтому по утрам, когда они пили на веранде кофе, именно Дядя читал вслух газеты для Ма.

Стальное море, упирающееся в далекий горизонт, стрекотание цикад в зарослях, отголоски пения птицы коэль ранним утром – ух-ууух, ух-ууух. Мир А Бооня всегда казался огромным, бескрайним и поэтому пугающим, и все же теперь мальчик видел, что мир имеет границы – это кампонг, и семья, и море.

На смену воспоминаниям об острове пришли мысли о школе. Сидя на траве перед домом и разглядывая соленую рыбу, которая вялилась на солнце, А Боонь размышлял о будущем. Мысли о школе, даже само упоминание о ней уже наводили его на догадку, как мало он знает о жизни за пределами дома. Боонь помнил, что в их кампонге живут тридцать четыре семьи, а всего жилищ двадцать девять. Семьи победнее вынуждены делить кров с другими. Именно поэтому о них – о Чанах, Лимах и Инах – Па и упоминал, когда хотел подчеркнуть, насколько призрачна любая стабильность: чтобы вогнать целое семейство в нищету, достаточно продолжительной болезни или вероломного родственника. Кое-кто из местных владел домом, в котором жил, но чаще они платили за аренду токею, местному богатею, холеному мужчине лет шестидесяти, обладателю двух жен и выводка из девяти детей, жившему в большом кирпичном доме с широким белым крыльцом. У этого крыльца любили фотографироваться дочери других преуспевающих дельцов.