Онлайн книга «Ворон Хольмгарда»
|
— Ты сам этого хотел! – вырвалось у Арнэйд. Чего бы она ни отдала, лишь бы в это время быть дома, в Силверволле, со своими родичами! — Да. Боги обещали мне, что эта женитьба принесет нам мир. Но, может, я неправильно понял их волю… — Боги не знали про Эйрика! — Может, и так. Но ты лучше скройся с глаз. Я уверен, уже скоро кто-нибудь скажет, что если бы я не проявил слабость и на тебе не женился, мы бы изгнали русов и этой войны бы не было. — Все это неправда! И изгнание русов вам далось бы не слишком легко, и Олава это рассердило бы еще сильнее. — Может, ты и права. Но когда люди злы и напуганы, они рады случаю добраться до того врага, кто под рукой. Кто-то может подумать, что если у меня не будет жены-русинки, я буду более стойко биться против твоих соплеменников. Пока я в силах, я не дам в обиду мою жену, но… что угодно может случиться. Я не Юмо! Арнэйд пыталась заниматься делами по хозяйству, но все валилось из рук. В дурной час согласилась она встать на след старухи Кастан – это ее погубило. А уж Кастан, останься она жива, сейчас призывала бы мерян постоять за свою свободу, будто сама Юмалан-Ава. Она всегда не любила русов. Опасения Тойсара оказались не напрасны. Через день Илчиви, ходившая вместе с Естан прислуживать в большом доме, вернулась с вытаращенными от испуга глазами. — Ох, Аркей! Я такое слышала! Она дрожала и не решалась говорить. — Лучше уж молчи! – предостерегла ее Алдыви. — Аркей, как страшно! – Илчиви не слушала ее. – Пагай сказал, что… что надо… надо послать русам твою голову! Чтобы они знали… что… они ни перед чем не остановятся ради своей свободы… Арнэйд села. Мысль заметалась в поисках выхода, но что она может сделать? Она заперта в этом дворе, а выйти – значит погибнуть. — Не бойся, Тойсар сказал им, что они обезумели от страха и злобы! – попыталась утешить ее Алдыви. – Сказал, что речь идет о его жене, на которую он призвал благословение богов в недавний Сюрэм в священной роще, а еще – что пока ты жива, твои родичи не станут участвовать в этой войне. А если они получат твою голову, то поддержат тех людей из-за моря, и тогда уж нам худо придется! Да благословят боги мудрость Тойсара, подумала Арнэйд. Ей хотелось сжаться, стать меньше мыши и спрятаться в темный угол, за ленгежи… Тойсар защитит ее, пока в силах, но если дела пойдут совсем плохо, Пагай и Коныш скажут, что он утратил способность слышать богов, навлек беду на мерянский род… Отнимут у него власть, и тогда она будет обречена. Ее сделают жертвой страха и злобы. Богам такая жертва не нужна, но духи страха отступают перед невинной кровью, наполняя людей недолгим и неверным чувством силы… — Отец еще раз велел тебе не выходить даже из кудо! – добавила Илчиви. Теперь Арнэйд оказалась в заточении – ее не выпускали даже в хлев. Хозяйкой в доме опять сделалась Естан, а Арнэйд лишь выпоняла ту работу, которую можно было делать в кудо. Естан, невысокая, коренастая, полноватая женщина лет тридцати с небольшим, смотрела на нее весьма хмуро и лишь коротко отдавала распоряжения. В ее глазах Арнэйд была чужой, опасной, вредной, будто змея. Девушки относились к ней добрее, и их молчаливое сочувствие служило Арнэйд некоторой поддержкой. Непрерывно она прислушивалась к звукам снаружи. Алдыви исправно сновала по Арки-Варежу и потом рассказывала: люди подходят десятками, из болов ведут всех мужчин, от подростков до стариков. Гудбранд и Тойсар в один голос убеждают людей собраться, чтобы прогнать захватчиков. Видя, что часть русов с ними, меряне верят в победу. Их собралось вокруг Арки-Варежа уже не меньше пяти-шести сотен, везде дымят костры. В священных рощах приносят жертвы богам, прося победы. О сене все забыли, каждый день забивают скотину для прокорма войска. Весь мир перевернулся и забурлил. Десятки глаз постоянно наблюдают за поворотами Огды: не покажутся ли лодки русов… |