Книга Княгиня Имеретии, страница 61 – Арина Теплова

— Вы говорите это всерьез, Верико? – удивился Дешкелиани. – Или вы что-то задумали?

— Я говорю серьезно, – ответила, не колеблясь, княгиня. – Леван жестоко оскорбил меня. Всю жизнь я вынуждена терпеть от него несправедливость и унижения. Я устала терпеть. Сама я не могу разделаться с ним, ибо его телохранители начеку. А я хочу, чтобы жизненный путь старого шакала окончился. Я помогу вам проникнуть во дворец. Но вы должны пообещать мне, что непременно убьете Левана!

— Я не понимаю вас, госпожа, – вконец опешил Давид. – Вы вправе ненавидеть мужа. Но если мои джигиты нападут на дворец Асатиани, то и ваш сын Серго подвергнется смертельной опасности.

Верико долго молчала, словно колебалась, и наконец тихо сказала:

— Серго мне не сын. Это незаконнорожденный выродок Левана, которого он назло мне притащил в наш дом двадцать семь лет назад. Он прижил его от бедной абхазской девки из дальнего аула, которая была его наложницей. Все эти годы он заставлял меня врать о том, что Серго мой сын, угрожал мне расправой.

— Госпожа, вы говорите такие вещи, что я аж вспотел, – вымолвил Давид.

— Все эти годы я ненавидела его! Леван лишил меня всего. Унижения и боль в сердце, вот что он дал мне. Я хочу, чтобы этот мерзкий старик издох, и его ублюдок тоже!

— Я согласен с вами, княгиня. Наши желания совпадают, но есть еще девчонка, жена Серго, она…

— Тоже должна умереть! – выпалила яростно Верико. – Эта русская девка не заслуживает жизни!

— Хорошо, пусть так. Мы, конечно, можем собрать войско, – заметил мрачно Давид. – Но дворец Асатиани хорошо укреплен, да и во главе азнаури князя стоит Амир Асатиани. Пока его войско охраняет дворец, нам не добраться до старика-князя и его сына.

— Но теперь Амир не опасен, – напряженно сказала княгиня.

— Да?

— Позавчера мой муж прогневался на Амира и велел бросить его в застенок.

— Амир в подземелье?

— Да. Все преданные ему азнаури теперь в ссылке. С Леваном осталась лишь горстка джигитов. Это в основном никчемные слабые вояки, которые не окажут вам достойного сопротивления.

— Это весьма обнадеживает, – заметил довольно князь Дешкелиани.

— Но вы должны пообещать мне одно, – вымолила напряженно Верико.

— Да, госпожа? – спросил, подняв брови, Давид.

— Обещайте, что освободите Амира и дадите ему уйти невредимым. Тогда в ответ я не пошлю погоню по вашим следам и не стану мстить за смерть мужа…

— Я понял вас, госпожа. Но эта вылазка опасна. У меня мало людей, и я думаю, стоит ли мне вообще нападать на ваш дворец.

— Но вы должны! – выпалила нервно Верико, понимая, что нападение сванов – единственный шанс спасти Амира.

Даже если она устроит побег Амиру, Леван пошлет за ним погоню, для того чтобы уж точно убить молодого человека, а этого она допустить не могла.

— И что мы будем иметь с этого? – спросил глухо Давид.

Верико видела, что Дешкелиани колеблется, и она в исступлении бросила последний козырь:

— После Амир станет верховым тавади. И я обещаю, что он отдаст вам северную часть долины, за которую уже три десятка лет идет вражда между нами.

— Северную часть долины, госпожа? – опешил Давид, и его глаза кровожадно заблестели. – То другой разговор. Если вы клянетесь, что Амир Асатиани отдаст нам часть долины, я соберу свое войско!

— Но надо торопиться. Ибо Леван колеблется. И, возможно, скоро поймет, что Амир необходим ему на свободе. Ведь он единственная сила, которая может действительно защитить его.