Книга Не обожгись цветком папоротника, страница 9 – Арина Бугровская

Волхв подошёл к женщине, взял свёрток. Что-то спросил, та что-то ответила. Тихие слова никто не расслышал.

— Пошли, — волхв повёл женщину за собой.

У костра наступила тишина. Не часто гости тревожат ночной покой таким странным появлением. Старый Добрыня, один оставшийся сидеть, теперь тоже поднялся.

— Вот и посланец к нам. Что-то он принёс? — помолчал. — Ну, доброй ночи, — Добрыня медленно пошёл к себе. Вскоре разошлись и остальные, чтобы рассказать своим домашним о сегодняшнем происшествии. «Вот и посланец к нам. Что-то он принёс?» — каждый задумчиво повторил за Добрыней эти слова.

У костра остался лишь смотрящий. Но и он с тревогой смотрел в лес, туда, куда ушли волхв и незваная гостья.

Домна сидела на завалинке, держа на коленях кувшин с квасом и наблюдала за мужем. Ивар с Ланом что-то ковали у плавильни. Так увлеклись, что и не оторвать. Вчера до позднего вечера всё жгли, стучали, шипели раскалённым металлом в воде, сегодня чуть свет опять к своем печи. Домне стало любопытно, но влезать женщине в мужские дела не пристало. Вот поэтому в разгар дня она и сидела тут праздно. Ивар её уж заметил, освободится маленько и к ней подойдёт кваску попить. Заодно и расскажет.

Домна перевела взгляд на младших детей. Под яблоней Забава и Айка что-то строили из дощечек. Похоже, хоромы.

— Смотри, Айка, тут у нас будут курочки. А тут Ночка. У Ночки телёночек родился.

Айку, конечно, рановато пока оставлять с Забавой, та сама ещё мала, но пусть помаленьку привыкает. И куда это запропастилась баушка? Обычно она доглядает за малыми ребятами, а тут нет её.

Наконец, Ивар потянулся, разминая затёкшую спину:

— Отдохнём малость, сыне, — сказал он Лану.

— Батя, я на речку скупнусь, — отозвался тот, скидывая кожаный фартук.

— А не рано ли, вода холодная.

— Да ну, бать, тёпло нынче как. А я вон чёрный какой от копоти.

— Ну, иди.

Лан снял с тына свою рубаху, не стал её надевать, так и пошёл босой, в одних портках, неся рубаху в руке. Сильное мускулистое тело его было уже загорело и блестело от пота. Ивар полюбовался крепкой ладной фигурой сына, и не скажешь, что ему пятнадцати ещё нет, крикнул вдогонку:

— Гнедка напои.

— Ладно.

Ивар повернулся к жене, взял предложенный ею квас, разом опорожнил полкувшина.

— Хорошо! — крякнул он. — И погода добрая. Коли завтра ветра не будет — посеем просо.

— Вдвоём пойдёте или Малого с собой возьмёте?

— Малого возьмём. Нехай привыкает.

— А, может, мы бы помогли?

— Не, сами управимся.

— А то б пособили? — всё же стала настаивать Домна.

— Нет. Свои дела делайте. С огородом управились?

— Да, всё поделали с Яриной. И Тиша помогала. То к нам бегала, то за скотиной смотрела.

— А Василиса?

— А Василиса по дому нынче. Хлеба наказала ей испечь. Да постирать надо.

— Как она?

— Да вроде ничего. Может, отойдёт со временем маленько.

Помолчали. Тяжело вспомнились Василисы слёзы сразу после случившегося.

— Да, нехорошо вышло.

Полюбовались играющими детками. Забавины хоромы были уже построены. Игра перешла в следующую стадию:

— Пошёл барашек за водой и встретил деда с бородой. Этот колодец с водою холодной, — щекотала Забава запястье Айки, — этот колодец с водою тёплой, — Забава продвинулась вверх по руке до локтя, — здесь вода горячая, — настала очередь плеча. Айка молча смотрел на сестру. Из полуоткрытого рта его стекала чистая слюнка, — а здесь кипяток, — наступила кульминация, Забава усердно щекотала брата под мышкой. Тот заливисто хохотал, уворачиваясь от проворных пальчиков сестры..