Книга Не обожгись цветком папоротника, страница 141 – Арина Бугровская

Еремей и Ачима сели рядом на ствол поваленного дерева. Василиса немного отошла. Прислонившись спиной к стволу старой берёзы, она прислушивалась к голосам. Еремей и Ачима говорили так тихо, что приходилось напрягаться. Василиса закрыла глаза и сосредоточилась на словах. Ей почему-то казалось важным уловить их суть.

— Почему правильно, если он будет страдать? — продолжила прерванный разговор девочка.

— Он много бед натворил, ты же знаешь.

— А что потом?

— А потом он поймёт, что не должен решать за других. Поймёт, что другие люди или волки имеют право не соглашаться с ним.

— Но я укусила его, — Ачима еле слышно произнесла эти слова, так, что Василиса скорее догадалась, чем расслышала.

— Ты как могла, так и защищала и себя, и Василису. У тебя не было на тот момент другого оружия, кроме своих собственных зубов. И, кстати, прими мою благодарность за то, что ты спасла мою невесту.

«И она меня спасла уже не в первый раз!» — подумала Василиса, но не сказала вслух.

— А ты тоже страдал?

— Да. Только недолго. Я быстро понял, что натворил, и кинулся исправлять свои ошибки.

— И исправил?

— Ещё нет. Это ошибки совершаются быстро, а исправлять их трудно.

— А ты тоже мой брат?

— Да.

Василиса слушала. И, как всегда бывало, после слов Еремея на душе наступал мир. И она внезапно поняла, что с ним все невзгоды можно преодолеть. Потому что он, похоже, знает как.

— Наши идут, — тихо произнёс Серый.

Бредит, подумали остальные и ошиблись.

Через некоторое время из-за деревьев и кустов показались одновременно около десятка фигур в волчьих шкурах.

— Отец, — закричала Ачима и сорвалась с места.

Шедший чуть впереди мужчина раскрыл свои объятия. На этот раз он был без маски.

Еремей подошёл к Василисе, сел рядом.

— Вот теперь пора нам возвращаться домой.

— Пора, — согласилась девушка.

Но домой отправились только на следующий день.

С Серый попрощались в его землянке. Он уже кое-как сидел, но не больше.

— Теперь и среди людей у меня есть друг, который не уступит храбрости и верности волкам.

— Теперь и среди волков у меня есть друг, который не уступит храбрости и верности людям.

— Брат?

— Брат!

Вот такие слова вырвались у Серого и Еремея на прощание.

Валк с женой и Ачимой провожали до болота. До того самого берега, с которого Василиса так легкомысленно шагнула в воду.

Василиса поискала глазами берёзу. Та стояла на противоположной берегу, склонившись к своему отражению и ничем не напоминала о страшном происшествии. Её ветви распрямились и очистились от болотной грязи.

Палка тоже куда-то исчезла. Но скользящие следы Василисы ещё угадывались на глинистом бережку. Хотя ближайший дождь смоет их окончательно.

Валк опять был сдержан и немногословен. Накануне вечером он предложил Еремею остаться в племени.

— Я давно хотел отыскать место, где началась моя жизнь. Теперь я здесь побывал. Но понял, что дороже своей Русы, берега, на котором раскинулся Берёзовый Кут, у меня ничего нет. Туда я возвращаюсь.

Валк принял его слова. Его женщина чуть всхлипнула на это, да и только. И вот теперь пришла пора расставаться.

— Мы ещё увидимся? — спросила Ачима.

— Я думаю, что в жизни всё возможно, — ответил Еремей.

— А ты как думаешь? — обратилась Ачима к Василисе.

— Я думаю, что тебе обязательно надо побывать у нас в гостях.