Книга Интриги Марии. Книги 1-2, страница 253 – Жюльетта Бенцони

— Да, только в мое отсутствие она была очарована этой дю Фаржи, которая затеяла ее примирение с королевой-матерью, а в последнее время не скрывает своих намерений оттеснить меня. Я же знаю Анну Австрийскую: по сути, она мягка и податлива, как тесто, а столкнув Ришелье и затем избавившись от супруга, быстро забудет обо мне.

— Как же такое возможно? – смеясь, спрашивала Эрмина. – Все, кто вас любит и ненавидит, знают, что вас невозможно забыть!

Слышать такое было приятно. Эрмину не нужно было принуждать к игре в шахматы в первой половине ночи, а во второй – читать что-нибудь из поэзии Вуатюра, которая обычно навевала сон на госпожу. Не впала она в истерику и когда услышала шум, ближе к полуночи устроенный некими приверженцами каббалы, явившимися на улицу Сен-Тома-дю-Лувр и затем подсунувшие под дверь дома Шеврезов записку, которую Марии принесли вместе с завтраком.

«Вас ждет немилость, а может, и Бастилия, – говорилось в записке. – В любом случае ваша смерть близка. Если она не наступит от руки палача, мы, не боясь последствий, займемся этим сами. МЫ – это те, кто никогда не простит вам смерти де Шале».

Угроза подействовала – Мария лишилась чувств. Время притупило чувство страха перед этим неизвестным врагом, однажды уже пытавшимся убить ее на Вержерской дороге. А она-то наивно полагала, что он или забыл о ней, или сам отошел в мир иной. Но она ошиблась, и он объявился вновь в тот самый момент, когда судьба загнала ее в капкан неопределенности.

С возвращением сознания на Марию напал такой страх, что она приказала Эрмине срочно готовить дорожные сундуки и позвать Перана.

— Может случиться, что я буду вынуждена уехать довольно далеко. Возьми на себя всю необходимую подготовку.

— Далеко – это куда? – осведомился кучер, не теряя при этом своей привычной невозмутимости.

— В Нидерланды или в Англию. Откуда мне знать? – вспылила она. – Скорее в Англию. Там безопаснее…

«Да и к Холланду ближе», – подумала она. Все последние дни вспоминала Мария о нем. Желание увидеть его глухо билось в ней, а теперь, близкая к панике, она и вовсе не могла с собой совладать. Наличие у него любовницы мало что меняло для Марии. Она была уверена, что отнимет его у любой женщины и вернет себе. И потом, рядом с королем Карлом, со стороны которого никогда не было к ней недостатка внимания, она будет защищена лучше, чем где бы то ни было…

Покинув постель в то время, как камеристки собирали и укладывали дорожные сумки, растерянная и испуганная, Мария потребовала принести ей шкатулки с драгоценностями и расставила их перед собой, желая убедиться, что все в целости и сохранности лежит на своих местах. Отсутствовал только сапфировый гарнитур, отданный личному ювелиру на переделку. Решив, что украшение к спешному отъезду не будет готово, она смирилась с необходимостью его перепоручения заботам супруга. Потом проверила, чем располагала в денежной наличности.

Никогда прежде не знала она за собой подобной нервозности. Эрмина, не поняв причин такого поведения, пробовала успокоить хозяйку и интересовалась, зачем же так торопиться, если нет никаких известий от мсье герцога. Мария резко ее оборвала.

— Я знаю, что делаю, черт побери! – взвизгнула она. – Здесь я подвергаюсь опасности, так что не стоит ждать, когда придет беда. Этой ночью мы отправляемся в Нормандию… Если ты отказываешься сопровождать меня, можешь оставаться!