Книга Волки Лозарга. Книги 1-3, страница 423 – Жюльетта Бенцони

— Жаль, что вы промахнулись! – со вздохом сказал он. – Как было бы хорошо… для Римского короля.

— То, что не получилось сегодня, может удаться завтра, – ответил Дюшан. – Я попытаюсь еще раз.

— Прекрасная цитата из Цезаря Борджиа, – возразила Фелисия, – но, боюсь, на этот раз все будет гораздо сложнее.

— Особенно если вас арестуют и заключат в тюрьму, – добавил Мармон. – Вам нельзя здесь оставаться.

— А я и не останусь. Я собираюсь вернуться к себе. Тимур меня буквально вытащил оттуда благодаря проезжавшей мимо карете. Но все же надо быть осторожным.

— Вас могли узнать. Возвращаться к себе так же неосторожно.

— Я могу отправиться к Пальмире, я там оставил свою обычную одежду. Она меня ждет.

Мармон рассмеялся.

— И она тоже? А я-то еще совсем недавно думал, что я один. Но все равно идти к ней тоже неосторожно. Слишком много женщин в этом деле!

— Вы полагаете, нам не сравниться с мужчинами в мужестве и решительности?

Внимательно посмотрев на молодую женщину, маршал взял ее руку и поцеловал.

— Клянусь честью, я ни минуты не сомневался ни в вашей храбрости, ни в храбрости ваших подруг. Но вам втроем не под силу спасти полковника. Разрешите мне увести его.

— Вы хотите его увести? – воскликнула Фелисия. – Но куда?

— К себе, конечно. У меня квартира на Иоганнесгассе и старый слуга, тоже бывший солдат. Никто и не подумает искать его у меня. Но надо достать другую одежду вместо этих лохмотьев. Ищут ведь нищего…

Это оказалось настоящей проблемой. Единственным мужчиной, который мог предоставить свою одежду, был Тимур, но из-за огромной разницы в размерах лекарство, как говорится, могло стать опасней болезни. Дюшан предложил кому-нибудь сходить к Пальмире за его одеждой, и Тимур тотчас отправился туда. Гортензия спустилась в кухню приготовить что-нибудь поесть. Дюшан буквально умирал с голоду, да и остальные не прочь были перекусить. Вскоре все с аппетитом уплетали легкий ужин, состоявший из ветчины, пирога с мясом и нескольких пирожных. В квартале постепенно восстановилась тишина. Толпа медленно разошлась, и полиция приступила к работе. С балкона было хорошо видно, как полицейские входили и выходили из домов на Миноритенплац, собирали сведения, задавали вопросы, возможно, даже обыскивали. Кажется, благодаря ночной тьме никто не заметил, в каком направлении скрылся бродяга-убийца. Это, конечно, успокаивало, и все же Дюшану необходимо было быстрее покинуть дворец.

Вернулся Тимур, и полковник быстро переоделся в туалетной комнате Фелисии, а принцесса сожгла лохмотья нищего в единственной еще горевшей печи. Мармон и Дюшан собрались уходить.

— Он останется у меня столько, сколько нужно, – сказал маршал. – Но, может быть, ему лучше покинуть Австрию?

— Я не считаю, что это необходимо, – ответила Фелисия. – Почему в нищем должны признать учителя фехтования Грюнфельда? Пусть он проведет эту ночь у вас, а завтра утром мы попросим Пальмиру, его соседку, узнать, как обстоят дела на Кольмаркте. Если все тихо, он спокойно вернется к себе. Теперь поспешите! А вы, Дюшан, забудьте о желании вновь попытать счастья. Вы подвергнете опасности всех нас, я вообще ужасно сожалею, что поделилась с вами этой безумной идеей.

— Не такой уж безумной! – упрямо возразил Дюшан. – Мы еще поговорим об этом.