Книга Волки Лозарга. Книги 1-3, страница 422 – Жюльетта Бенцони

— А князь? Он…

Но человек был уже далеко, он бежал в сторону Хофбурга с криками: «На помощь! Лови убийцу!» На улице царила неразбериха, жители выскакивали из домов, желая узнать, что случилось, и смешивались с теми, кто уже был на улице. Гортензия с балкона убеждала Фелисию вернуться, красное платье принцессы резко выделялось на темной улице. Но ее усилия были тщетны. Принцесса чего-то ждала, и Мармону лучше было этого не видеть.

— Уверяю вас, – опять повторила Гортензия маршалу, – нам лучше вернуться.

— Скажите-ка это вашей подруге. Я иду за ней. Ее затолкают, если люди, спешащие к Балхаусплац, ринутся туда…

Остановить его было невозможно. Но едва маршал выбежал с балкона, Гортензия увидела, как из темноты появился Тимур, не столько поддерживая, сколько почти неся на себе Дюшана. Они нырнули под свод дворцовых ворот, и Фелисия быстро закрыла за ними дверь. Не видя ничего больше, Гортензия вернулась в гостиную. Она успела только подойти к камину, как появилась Фелисия, а за ней Дюшан и поддерживающий его Тимур. Гортензия поспешила им навстречу.

— Боже мой! Вы ранены?

— Нет! – ответил Тимур. – Получил сильный удар тростью по голове, немного оглушен. Скоро ему станет лучше.

С материнской заботливостью он положил лженищего на кушетку, покрытую желтой парчой, и подложил ему под голову подушку. Фелисия отправилась за бутылкой коньяка, а Гортензия с тревогой склонилась над находившимся в полузабытьи человеком. Стоя посреди гостиной, Мармон, встретивший их на лестнице, с хмурым видом наблюдал за происходящим, но никто не обращал на него внимания. Наконец Гортензия решилась спросить:

— А Меттерних? Что с ним?

— Увы, он жив! – хмуро ответил Тимур. – Он выронил из рук трость и нагнулся за ней, как раз когда раздался первый выстрел. Тут на полковника набросился лакей, и второй выстрел пришелся по фасаду министерства. К счастью, я оказался рядом, иначе полковник не добрался бы сюда… Нам удалось раствориться в ночи…

— Не объясните ли вы мне, что здесь происходит? – четко выговорил Мармон. Почувствовав в его голосе ледяные нотки, Фелисия передала бутылку с коньяком Гортензии и подошла к маршалу.

— Вам нужны объяснения? Я думаю, вы и так все поняли. Я, Фелисия Орсини, графиня Морозини, предприняла этим вечером попытку убить австрийского канцлера, виновного, помимо прочих злодеяний, в смерти моего мужа Анджело Морозини, расстрелянного в Венеции. Имеете ли вы что-либо возразить на это?

— Абсолютно ничего; замечу лишь, что это очень на вас похоже. Еще осмелюсь заметить, что в этом доме вскоре будет полно полицейских, вас арестуют, а может быть, и еще хуже… если этого человека обнаружат здесь.

Он подошел к кушетке, на которой Дюшан медленно приходил в себя, подкрепившись изрядной дозой коньяка, и, скрестив руки на груди, пристально посмотрел на лежащего.

— Месье Грюнфельд? Да? Простой учитель фехтования из Эльзаса, влюбленный в терции и кварты? Из какого вы полка, месье? Драгун, гусар, егерь?

Воспламенившись больше от гордости, чем от вина, Дюшан резко вскочил и встал навытяжку.

— Полковник Дюшан, двенадцатый гусарский полк, господин маршал! К вашим услугам!

При этих простых словах целая волна чувств отразилась на лице герцога де Рагуза, а Фелисия, которая смотрела на него во все глаза, даже поклялась бы, что заметила в уголке его глаз слезу. Внезапно Мармон протянул Дюшану руку, тот без колебаний пожал ее. Маршал улыбнулся.