Книга Вареж. Забытые временем, страница 41 – Елена Тюрина

— Есть какая-то полость, судя по всему. Попробую пробить.

— Может не стоит? – подал голос Марат. – Давай, я к тебе сейчас спущусь.

Но позвонил Иван Владимирович и сказал всем возвращаться. Пришлось приостановить на сегодня обследование развалин. Мы решили вернуться завтра рано утром, пока не жарко.

Когда шли к машине, я обернулась на церковь. Очень красиво, но при этом жутко. Так и видится, как обломки кирпича превращается в ворон, поднимаются в небо, кружат и зловеще каркают, выражая недовольство, что кто-то нарушил уединение данного места. Бррр!

Мы завезли ребят в лагерь, а сами с Лёшей рванули в деревню. Я хотела поближе пообщаться с тем дедушкой, учителем. Или с кем-нибудь ещё из старожилов, кто мог бы рассказать нам о церкви.

Сидела рядом с Лёшей на пассажирском сидении и украдкой любовалась тем, как он уверенно и спокойно управляет автомобилем. Такой мужественный, серьёзный… От него очень приятно пахло. Какой-то лёгкий мужской парфюм. Заметив мой взгляд, он повернулся и улыбнулся. А я смущённо опустила глаза. Вспомнила наш поцелуй, но тут же в памяти всплыла та некрасивая сцена у палаток, когда я трусливо пряталась от него. Надеюсь, он не заметил моего замешательства.

— То место, куда спускался Ярослав, это, скорее всего, подклет[1], – проговорил Лёша. – Есть далеко не в каждой церкви. В основном его наличие характерно для зимних церквей. Там располагалась печь. Не всякий приход мог себе позволить такое серьёзное сооружение. Чаще церкви в деревнях были летними, то есть холодными, с простым ленточным фундаментом. В подклете обычно нет ничего интересного. Слуховые окна, фундаментные столбы, печь. Сомневаюсь, что там могут быть спрятаны какие-то важные бумаги или ценности.

— А где же их могли прятать? – поинтересовалась я, чтобы показать свой интерес к его рассказу.

— В церквях есть церковная касса, что-то вроде сейфа-дарохранительницы. Обычно – ниша в алтарной части храма, в стене или колонне, закрытая железной дверью. Но, скорее всего, те, кто взрывал эту церковь в тридцатые, ломанули этот сейф в первую очередь. Это если касса вообще хранилась в церкви, что было скорее исключением, а чаще хранилась она дома у настоятеля, или вообще в банке… Мы ведь говорим о девятнадцатом веке – начале двадцатого.

— Мда… И где в таком случае искать… Да и что искать? Откуда мы знаем, связан ли как-то этот отец Тихон с твоим прадедом, – я немного расстроилась от таких его рассуждений.

Неужели и тут нас ждёт разочарование?

Лёша лишь пожал плечами. Мы уже подъезжали к зданию школы. Оно, похоже, тоже было ровесником той церкви. Судя по виду, очень старое и с одного крыла даже чуть разрушенное.

— Детей у нас тут мало. По одному классу едва набираем, – сказала встретившая нас завуч Татьяна Максимовна.

В летнее время было мало шансов здесь кого-то найти, но нам повезло. Она оказалась племянницей того дедушки, к которому мы направлялись. Поэтому провела нас к его дому, находившемуся сразу за школой.

— Что-то у нас тут полиция ездит, людей опрашивает, – как бы между прочим заметила женщина. – Не с вашим ли карьером связано и с тем подозрительным захоронением?

— Нет. Тут недалеко человека мёртвого нашли, – обыденным тоном ответил Алексей.

Татьяна Максимовна застыла, опешив от такой новости.