Книга Летящий ястреб, рыжая лиса, страница 177 – Мурзель

— Прямо сейчас? — удивился Алан. — Нашел время.

— Отстань от него! — буркнула Кэтрин.

Раздевшись догола, Брайан пошел к воде. Кэтрин заметила у него на ягодицах кровь.

— Боже! — она в ужасе закрыла рот рукой.

Слабо соображая, что делает, она сбросила юбку и блузу, и в одном исподнем кинулась следом. Брайан, зайдя в реку по пояс, стал зачерпывать ладонями воду и тереть свою кожу, так яростно, словно пытался ее содрать.

Кэтрин, загребая воду руками, торопилась к нему. Ил засасывал ступни, водоросли обматывались вокруг лодыжек, и продвигаться вперед получалось мучительно медленно, словно в кошмарном сне.

Наконец, она оказалась рядом, но Брайан повернулся к ней спиной. Она зашла с другой стороны, встала перед ним, стиснула его плечи. Он сжал губы, судорожно вздохнул и уставился в небо. На смуглых щеках блестели капли, и по покрасневшим глазам Кэтрин догадалась, что это слезы.

Она обхватила ладонями его лицо. Он мельком посмотрел на нее и отвел глаза. Кэтрин притянула его к себе, обнимая, согревая своим теплом.

Несколько секунд Брайан стоял как истукан, но потом обхватил ее руками и прижался к ней, уткнувшись носом в ее висок. Он весь дрожал, а его сердце стучало так сильно, будто собиралось выпрыгнуть из груди.

Какое-то время они простояли в обнимку. Наконец Брайан отстранился и кончиками пальцев осторожно провел по ее шее.

— У тебя тут след, — еле слышно сказал он. — Болит?

Сглотнув, Кэтрин ощутила, что в горле все еще неприятно першит.

— Немного, — призналась она.

— Прости меня.

— Мне не за что тебя прощать. — Она снова обняла его и погладила по холодной спине. — Пойдем на берег?

Они вышли из воды. Алан сидел на коряге и дымил сигаретой. Брайан принялся натягивать рубаху и брюки, а Кэтрин зашла за куст и надела юбку и блузу, предварительно сняв мокрое белье.

— Ну что, наплескались, чистюли? — ехидно поинтересовался братец, втирая окурок в песок.

— Не будь говнюком! — по привычке огрызнулась Кэтрин, а вслед за этим с ее губ сорвался нервный смешок. — Черт побери, Алан, как ты вообще здесь очутился?

— Потом расскажу. Пойдемте уже.

* * *

Солнце успело закатиться за горизонт, когда они добрались до бревенчатой избы, стоящей на отшибе в чахлом лесу. Брайан сунул руку в щель над дверным косяком, достал оттуда ключ и отпер замок.

Две узкие кровати, грубо сколоченный стол с четырьмя табуретами и железная печь с трубой, выведенной в окно, занимали почти все пространство единственной комнатушки. Темные углы заросли паутиной, покосившиеся полки и антресоли были заставлены пыльным барахлом — да, это не номер в «Прекрасной Елене», но жаловаться не приходилось.

Брайан тяжело опустился на табурет и, облокотившись на стол, закрыл руками лицо.

— Есть что пожрать? — поинтересовался Алан, оглядываясь по сторонам.

— Там. — Брайан неопределенно махнул рукой.

— Что «там»?

— Под столом мешок картошки. На полке — тушенка.

— Ладно, разберемся, — сказал Алан, открывая заслонку печи.

После пережитого есть совсем не хотелось, но возражать Кэтрин не стала. Брат принялся разводить огонь, а она села чистить картошку.

Срезая с вялых клубней кожуру, она прогоняла мысли о случившемся, заставляя себя сконцентрироваться на вырезании подгнивших частей и выковыривании глазков.

И это ей почти удалось, хоть она и понимала, что это всего лишь отсрочка. Как та секунда, что проходит между тем, как ты ударился пальцем ноги, и тем, как почувствовал боль.