Онлайн книга «Альбигойский Крест. На Тулузу!»
|
Анри махнул оруженосцам, которые окружили графа и понесли к воротам Тулузы. Раймон хотел, было, крикнуть ему в след что-нибудь обидное, но спокойный и уверенный вид де Родеза, окончательно смутил и раздавил бодрящегося де Сен-Жиля. Сторона крестоносцев. — Эй, Бушар, друг мой! – Ги подъехал к возбужденному де Марлю, щит которого подтягивали оруженосцы, и похлопал его по плечу. – Ты не сильно ушибся? Может быть, тебя поменять?.. Бушар гневно сверкнул глазами: — Этого еще не хватало! Так, ерунда, малость живот поранил… – он надел на голову свой шлем и рыкнул из-под него. – Кроты, уроды, накопали горок по всей поляне… — Ну, тогда, Бушар, с Богом!.. – сенешаль перекрестил товарища. — Без Божьей помощи никуда!.. – де Марли тронул поводья, пуская своего декстриера медленным шагом, обернулся и крикнул оруженосцу. – Труби второго поединщика!.. Анри, ставший «экюйе», улыбаясь, поднес к губам боевой рог и громко протрубил, вызывая из рядов противника второго соперника его грозного хозяина. Этим соперником должен был быть Раймон де Мирпуа – младший брат Пьера-Роже де Мирпуа, чьи земли захватил и удерживал Ги де Леви. Сторона графа де Сен-Жиль. Услышав пронзительный звук трубы, Раймон де Сен-Жиль вздрогнул, вскинул голову и подъехал к высокому, но худощавому рыцарю, которому оруженосцы заканчивали крепить щит. — Раймон де Мирпуа! – нарочито торжественно сказал граф. – В ваших руках возможность наказать крестоносца, погубившего короля Педро Арагонского и все семейство де Лорак-Монреаль после взятия Лавора! Судя по всему, он немного ранен и ослаблен падением с коня… Раймон де Мирпуа надел на голову большой шлем, отдаленно напоминавший перевернутое ведро со скругленным дном, и ответил: — У меня, ваша светлость, свои счеты с этим ублюдком… Раймон де Сен-Жиль молча покачал головой, но ничего не ответил. Мирпуа-младший молча тронул поводья и пустил коня медленным шагом… — А-а-а, вот и ты, мой славный покойничек! Combat a l′outrance! – де Марли резко поддал шпорами коня и понесся на противника. Мирпуа опустил копье и понесся навстречу ему, старательно прикрывая голову и торс щитом. Он все сделал правильно, даже слишком правильно, но не учел одной мелочи – свой щит он выставил слишком широко, позволяя противнику нанести удар на силу, что с учетом стального наконечника ланса представляло большую опасность. Бушар де Марли разгонял коня осторожно, он помнил первый поединок, едва не стоивший ему жизни, но успел заметить эту роковую ошибку противника. Декстриер де Марли перешел на галоп за сто шагов до противника и набрал отличный ход. Бушар тщательно прицелился, крепко сжал ланс, что почувствовал, как хрустнули и онемели пальцы правой руки, подобрал левой рукой поводья и нанес удар… Все произошло быстро, слишком быстро… Раймон де Мирпуа почувствовал резкий удар, который принял его щит, затрещавший каким-то пронзительным, словно плачущим от боли звуком, и ощутил резкий словно ледяной толчок в грудь, прикрытую кольчугой и стеганным гамбезоном. Какая-то неведомая сила подняла его и, сняв с седла, швырнула в воздух. Шлем слетел с головы Раймон, открывая его глазам пронзительное и ясное осеннее небо, которое застилась дымкой смерти, наползавшей на его глаза. Он открыл рот, пытаясь глубоко вздохнуть, но острая боль не позволила ему сделать это. Мир закружился и померк перед ним еще до того, как тело мертвого Мирпуа коснулось земли… |