Онлайн книга «Альбигойский Крест. Сенешаль Каркассона»
|
— Так, давайте-ка, пока повременим с кострами. Что еще у вас, святые отцы?.. – немного иронично спросил Ги де Леви. — Будем постоянно наблюдать за ее домом. – Невозмутимо ответил монах. – Пока… — Все правильно. Пока, только наблюдать. Слава Богу, у нас есть в запасе немного времени… Каркассон. Дом вдовы. Ночь тоже дня. Рауль, сокольничий графа Амори, лежал на мягкой перине и смотрел в потолок. Крепкий сорокалетний мужчина, волею судьбы заброшенный вместе со своим хозяином в эти жуткие, так он называл Окситанию, края, как-то случайно столкнулся с вдовой на большой рыночной площади Каркассона и влюбился, словно совершенный юнец. Они столкнулись в толчее зевак, бродивших вдоль торговых рядов. Катерина уронила свою большую корзину, из которой на землю вывалились овощи. Рауль, как и полагалось бравому сокольничему, бросился помогать красивой женщине, рассыпавшей продукты по его вине. Он присел на корточки и стал проворно складывать в корзину разлетевшиеся овощи. Несколько раз их руки соприкасались, и Рауль ощущал нежность и бархатистость рук прекрасной незнакомки. Он украдкой поднял голову и посмотрел на нее. Соблазнительный вырез открытого деревенского платья обнажил разрез ее крупных грудей, которые, казалось, с трудом помещались и вот-вот могли вылезти на свободу из-под тесного корсета, едва прикрытые льняной полоской материи. — Простите меня, донна… – смущенно произнес он, не отрывая глаз от выреза ее платья. Женщина перехватила его восхищенный взгляд и томно произнесла в ответ: — Ничего, благородный кабальеро. Это моя вина… Ее певучий каталонский диалект вскружил голову Раулю… Этим же вечером он остался у нее, проведя просто фантастическую и безумную ночь. Ласки вдовы, стосковавшейся по мужскому плечу, покорили сердце и вскружили голову сокольничего, в одночасье превратив его в наивного поставщика секретов, которые долетали до его ушей во дворце графа Амори. Катерина подошла голая к окну, сладко потянулась своим полным, но удивительно гармоничным и красивым телом, и выставила свой большой круглый зад, облокотившись на подоконник. Лунный свет красиво обрисовывал ее округлые формы, своей тонкой серебристой линией сглаживая небольшие недостатки и подчеркивая пышность ее бедер, грудей, покатость плеч, он серебрился в ее волосах, ниспадавших большой черной волной на спину. — Что-то сегодня много народа приехало в крепость… – она придала своему голосу равнодушные нотки. Рауль повернул к ней голову и ответил: — Да, пополнение прибыло. Почти все они – итальянцы, по-нашему говорят с трудом, но, насколько мне известно, среди них много толковых арбалетчиков. – Он спохватился, вспомнив приказ о запрете разговоров с местными жителями. – А, зачем ты спросила? Катерина повернулась к нему и с улыбкой ответила: — Женское любопытство. Господи, ты же знаешь, что я держу лавку, а от ваших наемников у меня есть постоянный доход… — А, прости… – растерянно ответил Рауль. Он зевнул и произнес. – Давай спать… — Давай… – улыбнулась Катерина. Она подошла к постели и легла рядом с ним. – И долго они пробудут у нас?.. — Что? – Переспросил сонный Рауль. – Не расслышал… — Я спрашивала, как долго они пробудут у нас в городе? – Повторила они, переворачиваясь на другой бок. — С неделю, не больше. Их всех отправят в аббатство, что на границе с Фуа… – с трудом сдерживая зевоту, ответил Рауль. – Там находятся раненые крестоносцы, а охрана слабая – всего с десяток воинов… |